— Клянусь своей магией, она так же сильна, как и прежде. Тифон нашёл лазейку, но магия Рена укоренилась в этом мире. Кто-то обнаружил путь или же его ведёт тот, кто когда-то пользовался благосклонностью королевства.
— Или, возможно, это кольцо Деймона позволяет ему проходить, — пробормотала я. — Возможно, оно дает ему власть наделять других способностью находить дорогу.
Сидеро и Торн согласно кивнули, словно это уже обсуждалось в моё отсутствие. Усталость облепила меня, как вторая кожа. Я вздохнула, поднялась на ноги, провела рукой по лицу и вышла из комнаты, а Сидеро шел следом.
— Ты встревожена.
Я не смогла удержать горький смешок.
— Рен не поднимается, а он — наша единственная надежда на выживание. У Тифона есть оружие, которое, возможно, дало ему способ пробиться сквозь нашу защиту. Поводов для тревоги более чем достаточно.
— Чем я могу помочь?
Медленно я опустила голову ему на плечо, переплетая наши руки.
— Ты уже помогаешь. Ты здесь.
Он накрыл мою ладонь своей и сжал ее. Мы свернули за угол в вестибюль, когда двери распахнулись и внутрь буквально ввалился Мекруцио. Он был растрёпан, каштановые кудри спутались и лезли в глаза, щёки пылали. Даже с такого расстояния я слышала его прерывистое дыхание. Он остановился, уперевшись руками в колени, закашлялся, но, заметив меня, сразу выпрямился и прижал ладонь к сердцу.
— Myhn la…
— Отдышись сначала, — перебила я, подняв руку.
Он благодарно кивнул, прислонился к дальней стене и провёл рукой по волосам, пытаясь привести их в порядок. Я осмотрела его, пока он переводил дух. Он выглядел измождённым, под глазами залегли темные тени, несомненно, результат бессонных ночей.
— Вы в порядке? — спросил Мекруцио спустя минуту, заметив, вероятно, ту же бледность на моём лице.
Я поморщилась.
— Пустяки.
Он сделал шаг вперёд, когда двери распахнулись вновь, и внутрь стремительно вошёл Элестор с таким же встревоженным видом. Бог Бурь осмотрел меня так, как полководец осматривает солдата на предмет ранений.
— Слава звёздам, — выдохнул он, опускаясь на одно колено и прижимая ладонь к сердцу. — Ты жива, myhn lathira.
Торн бушевал так громко, что я не удивилась, что Элестор услышал это там, где ждали остальные.
— Да.
Мекруцио нахмурился, глядя на нас.
— О чем вы? Что происходит?
Сидеро неловко сместился рядом со мной, а мы с Элестором обменялись взглядами. Но теперь скрывать не было смысла, не тогда, когда все части Рена были найдены и процесс его воскрешения уже запущен.
— Мы нашли части Рена… — С его губ сорвался вздох, облегчение так же осветило его лицо, как и лицо Элестора. — … и собрали его воедино. Но… но он не поднимается.
В уголках глаз защипало, я снова сглотнула, сжимая руки в кулаки. Элестор издал тихий, болезненный звук, и разочарование ясно отразилось на его лице.
— Вы знаете, почему? — спросил Мекруцио, глядя на нас.
— Ему нужно время, — тихо сказала Сидеро. — Только время.
Мекруцио нахмурился, и я видела, как заработал его ум. Он скрестил руки на груди, взгляд метался по каменным плитам под ногами, словно он читал на них невидимое послание.
— Что? О чём ты думаешь? — надавила я.
Он сжал губы.
— Возможно, он не встает потому, что собран не полностью. Его…
— Его крылья, — закончила я за него.
Этот страх преследовал меня с самого начала. Возможно, из-за того, что в междумирье он был с крыльями, его магия теперь не признавала его полностью восстановленным.
— Я так не думаю, — сказал Сидеро, переводя взгляд между нами. — Он жил без них столетиями. И раньше, когда их отнимали, он всё равно возвращался к жизни. Вечные боги и их крылья иные. Они не подчиняются законам этого мира. Ты это знаешь.
Но я не могла отпустить этот страх. И, посмотрев на Мекруцио, увидела то же самое на его лице. А если Сидеро ошибается? Что если Рен никогда не воскреснет без своих крыльев? Можем ли мы так рисковать, когда времени почти не осталось?
— Оралия… — начал Элестор, и моё имя прозвучало как предостережение.
Нам был нужен Рен. Именно его магия питала Инфернис. И если быть эгоисткой, но и мне он был нужен. Я не знала, как остановить эту войну без него, и не могла вынести мысли о том, чтобы идти в бой, пока он лежит холодный на мраморной плите. Я больше не хотела ждать.
— Где Тифон? — спросила я так тихо, что это было почти шёпотом.
Мекруцио моргнул, Элестор выругался, а Сидеро напрягся. Я же не сводила взгляда с Бога Странников.