Она направилась в сторону магазинов, мимо киоска, спокойно, ровно, не ускоряясь.
Её почти не заметили.
Почти.
— Девушка? — раздался сбоку незнакомый мужской голос. — Можно вас?
Она едва заметно вздрогнула и машинально обернулась.
— Да?
Мужчина средних лет ничем не примечательный сделал пару шагов вперёд, не приближаясь слишком близко, будто случайно завёл разговор.
— А вы случайно не знаете, этот киоск сегодня вообще откроется? Обычно к восьми, а тут уже обед прошёл и тишина.
— Не знаю, — пожала она плечами. — Я не слежу за графиком его работы.
Он кивнул, будто вопрос был и правда важным, и уже тише, почти одними губами добавил:
— Тебе нельзя выходить. Рустам сказал присматривать. Если с тобой что-то случится, нам же головы снимут.
Вера моргнула, не сразу осознав услышанное. Но имя «Рустам» всё расставило по местам. Значит, это второй охранник, которого она просто не увидела.
— Мне нужно в аптеку, — спокойно сказала она, хотя сердце заколотилось как сумасшедшее. Она ещё дома отрепетировала все возможные варианты этого разговора, а потому была довольно собрана. — Срочно. Я туда и назад. Обещаю.
— Скажи, что нужно купить, я сам схожу.
Она на секунду замялась, затем посмотрела ему в глаза и в этом взгляде было столько смущённой уязвимости, что он невольно стушевался.
— Это… очень личное. Я даже произнести вслух не могу.
— У меня чёткие инструкции…
— Пожалуйста. Мне нужно хоть немного пройтись и подышать свежим воздухом. Тем более… тут никого нет.
Охранник стиснул зубы и бросил быстрый взгляд на машину, потом во двор. Он явно колебался, не зная, как правильнее поступить. Его напарник уже встал с лавочки и неторопливо направлялся к ним.
— Меня никто не увидит. Обещаю. Я даже головы поднимать не буду, — пискнула она, просяще.
— Ладно. Пять минут, поняла? И без фокусов, — хмуро пробормотал он наконец. — Мы будем рядом.
Вера едва сдержалась, чтобы не обнять его, и сцепив пальцы на лямке рюкзака, быстро пошла дальше, пока он не передумал.
Охрана двинулась следом за ней, сохраняя дистанцию. Со стороны — просто трое незнакомых людей, идущих по своим делам. Ничего подозрительного.
Вера продолжала сжимать лямку до онемения в пальцах, словно в рюкзаке лежали не телефоны, а взрывчатка. Увидев аптеку в жилом доме, она обернулась, кивнула своим «провожатым» и зашла внутрь, сразу почувствовав едва уловимый запах лекарств.
За прилавком стояла женщина лет сорока с добрыми, усталыми глазами.
Вера убедилась, что кроме них двоих здесь никого нет, и срывающимся, отрепетированным голосом сказала:
— Пожалуйста… помогите мне. Здесь есть другой выход?
Женщина насторожилась и посмотрела на входную дверь:
— Что случилось?
— Видите за окном двоих мужчин? — кивнула Вера себе за спину. — Это люди моего мужа. Он запрещает мне выходить из дому, следит за каждым моим шагом, приставляя ко мне этих. А мне срочно нужно поехать в одно место. Если я не приеду… пострадает близкий мне человек. Пожалуйста, помогите!
Вера всхлипнула по-настоящему и приложила руки к груди.
Фармацевт несколько секунд молча её рассматривала, будто прикидывала возможные последствия. Потом тихо спросила:
— Вы же понимаете, что рано или поздно они заметят, что вас здесь нет?
— Понимаю, — кивнула Вера, не отводя взгляда. — Но когда они заметят, это уже будет не важно. Я уже буду далеко. Они ничего не смогут сделать.
Женщина тяжело выдохнула, ещё раз посмотрела на окно, потом на Веру. Увидев слёзы, её лицо смягчилось.
— Проходите, — тихо сказала она, поднимая прилавок. — Быстрее. Служебный выход там.
— Спасибо! — Вера сжала её руку в знак благодарности и проскользнула за служебную дверь.
Чёрный ход вывел во двор. Прячась за гаражами и мусорными контейнерами, она быстро добралась до дороги, где её уже ждало такси.
Смартфон она включила ещё дома для геолокации и вызова машины. Ещё набрала на кнопочном телефоне сообщение для Арсения, осталось только адрес вписать и можно отправлять.
Вера юркнула в салон авто и нервно оглянулась. Охраны не было видно. Пока. Видимо ещё не спохватились.
Машина тронулась.
Она уставилась в окно, но не видела улицы, прокручивая в памяти утренний звонок.
— Ника? — мягко сказал в трубку незнакомый мужской голос.