— Подожди, — Вера отставила кружку и посмотрела на экран. — Это же Ксенька.
— Не бери, — тихо, но твёрдо сказал Илья. — А лучше вообще отключи.
— Но она же будет волноваться…
— Ничего, — мягко ответил Илья. — Это её обычное состояние. Ты же знаешь Ксеньку. Но сейчас не о ней.
Он выдержал паузу и, глядя ей прямо в глаза, добавил:
— Мы ведь пока ещё ничего не выяснили насчёт Аслана. Но одно я знаю точно — твой телефон слишком лёгкая мишень. Выключи его и отдохни. Так будет спокойнее и безопаснее.
Экран мигнул, имя Ксеньки исчезло, и тишина навалилась с удвоенной тяжестью. Палец дрогнул над кнопкой отключения. Казалось, если сейчас она нажмёт — мир окончательно оборвётся.
Илья не отводил взгляда. В нём не было ни давления, ни приказа — только спокойствие и уверенность, за которые она всегда цеплялась в минуты паники.
Она выдохнула и всё же нажала.
— Вот так, — тихо произнёс Илья. — А теперь отдыхай.
Вера подняла на него глаза.
— У меня такое чувство… будто отрезала последнюю ниточку.
— Нет, Вер, — покачал он головой. — Ты просто закрыла дверь, из-за которой сквозит. А здесь, рядом со мной, тебе будет тепло.
Она опустилась глубже в кресло и обняла себя за плечи.
Илья взял плед с дивана и укрыл её. Ещё немного задержался рядом, поправил плед на её коленях и посмотрел на часы.
— Мне скоро на дежурство. Может, поешь?
— Нет, спасибо. Я не голодна.
— Ладно. Если что, в холодильнике есть суп и твои любимые яблоки. Я пойду в ванную. Отдыхай.
Вера кивнула, и губы её дрогнули в слабой улыбке.
***
Дворники лениво скребли по лобовому стеклу, размазывая капли дождя; свет уличных фонарей растекался на мокром асфальте бесформенными кляксами.
Илья держал руль одной рукой, другой потирал заросший подбородок, вспоминая сегодняшний день. Утренний звонок, что напугал его до чёртиков, когда он услышал дрожащий голос Веры, а потом и её саму — бледную, с глазами на пол-лица. И как она сладко спала в его кресле, когда он уходил на работу — губы чуть приоткрыты, ресницы трепещут.
Несмотря на то, что повод для их встречи был неприятным, — он чувствовал себя счастливым. Потому что скучал. Потому что слишком давно её не видел. Потому что снова она была рядом. Пусть напуганная и растерянная — но рядом.
Но вместе с радостью, увы, пришла и тревога. Появление Аслана было той самой ложкой дёгтя в бочке мёда.
Он пытался отбросить всю шелуху и добраться до сути, используя элементарную логику.
«Юридическая консультация» — лишь удобная легенда для Веры, чтобы успокоить её. Сам же он ни на секунду в это не верил: у Аслана наверняка были лучшие специалисты в юриспруденции. Да и визит к Котову выглядел слишком театрально-показательным. Значит, эта версия отпадает.
Тогда что? Вера? Четыре года ни слуху, ни духу, а тут вдруг — воспылал любовью? Нет, Аслан не сентиментален.
Илья пытался нащупать связь, в которой могла быть замешана Вера, даже сама того не подозревая. И вот тут на ум приходил только один человек — Арсений Стрельцов.
При первой встрече между ними искры сверкали и только слепой мог не увидеть этого. Если Арсений не дурак — а он явно не дурак — то не должен был упустить такую девушку, как Вера. Если Илья прав и они вместе… многое встаёт на свои места.
Вариантов масса.
Самый банальный, пожалуй: чувство собственника. Для Аслана возможно неприемлемо, что после него у Веры мог появиться кто-то другой.
Второй вариант: конфликт со Стрельцовым. В таком случае Вера может превратиться в рычаг давления, буфер, пешку. От одной только мысли об этом Илью передёрнуло.
И, наконец, третий: совместные дела.
Как бы там ни было, картина складывалась тревожная. Скорее всего Вера оказалась в центре чужой игры, а она этого не заслуживает.
Илья крепче сжал руль, чувствуя, как внутри растёт решимость. Пока она спит у него дома, пока доверяет ему настолько, чтобы остаться, — её безопасность — его ответственность.
Он разберётся во всём. Не зря же его считают лучшим следователем в отделе.
***
Илья поднялся на второй этаж и толкнул дверь дежурки. Внутри стоял привычный полумрак, гудел старый электрочайник, в углу мигала лампа дневного света. На столе громоздились кружки с недопитым чаем, печенье в помятой пачке и пара раскрытых протоколов. Несколько оперативников сидели, переговариваясь вполголоса.
— Здорово, мужики, — кивнул он, входя.
— О, Илюха, здорово. Присаживайся. Чай будешь? — Один из них отодвинул стул, освобождая место.
— Лучше кофе. Дежурство впереди.
— Слышал уже?
— Нет, — Илья снял куртку и повесил на спинку стула. — Что-то случилось?