Это ты так думаешь. Может, он умнее. Вдруг Томас встречался с ними в прошлом.
По мнению Бенца, имелось чертовски много совпадений.
Пора побеседовать с приятелем Кристи. Тайком от нее.
Если она узнает об этом и придет в ярость – жаль, конечно. Но, по крайней мере, она будет жива.
– Ну вот и все, Ливви. Я вынуждена посмотреть правде в глаза. Лео хочет развестись, и я ничего не могу поделать, разве что нанять лучшего адвоката в Тусоне... нет, в Фениксе, – решила Сара.
Она вернулась часов в пять утра, проспала до двух, затем на десять минут скрылась в ванной и потом появилась с двумя сумками на кухне. Ее глаза опухли, и вид у нее был такой, будто она не сомкнула глаз ни на минуту. Но теперь она не плакала. Она казалась спокойной и решительной.
– Он хочет жениться на этой сучке. Можешь представить? Он... – двумя руками она изобразила кавычки, – «влюбился». Он не хотел, чтобы такое случилось, но это просто случилось.
Она взяла чашку кофе, которую протянула ей Оливия.
– Это просто чушь собачья. Все эти годы я делала вид, что все нормально, мирилась со всеми его глупыми отговорками, считала, что когда-нибудь он повзрослеет... Господи, какая я была дура.
– Ты была за ним замужем. Перестань изводить себя.
– О, и вот что самое интересное. Он и эта сучка уже планируют свадьбу. Сразу после развода. Он оставляет свою работу в Тусоне, что ж, они, вероятно, уже уволили его, и переезжает к ней. Они... – Подбородок Сары задрожал. Она уткнулась носом в чашку и сделала большой глоток. – ...они даже собираются завести ребенка Ее детям шесть и восемь. Девочки. Они хотят сына.
– О, ради бога. Сара...
У нее по щеке потекла одинокая слеза, и она вытерла ее тыльной стороной руки.
– А теперь самое интересное. Она тоже замужем. Ее муж узнал об этом лишь на прошлой неделе и сейчас в шоке. Он и понятия не имел, что его жена ему изменяла.
– Они друг друга стоят.
– Я знаю... – Она поставила наполовину выпитую чашку на стол. – Слушай, мне нужно домой. Мне надо встретиться с адвокатом, заниматься магазином, завести кошку, и, наверное, я обращусь в службу знакомств в Интернете.
– Ты уверена? Кошки? Службы знакомств?
– Я ни в чем не уверена, за исключением того, что мне надоело сидеть и лить слезы из-за этого козла. С кошкой будет гораздо веселей, и, наконец, я собираюсь знакомиться с мужчинами. Где-то ведь должен быть парень получше. – Ее подбородок снова задрожал, а глаза наполнились слезами. – Черт возьми, почему я вообще переживаю? Лео ублюдок. И всегда им был.
– А ты победитель. Напоминай себе об этом почаще... звони в любое время и... ты уверена, что тебе нужно уезжать? – спросила Оливия, дотрагиваясь до Сариной руки. – У меня есть лишняя комната.
– Спасибо, ты просто чудо, но мне нужно привести свою жизнь в порядок. И ты... разберись в своих отношениях с полицейским и отцом Джеймсом.
– Что? Я не...
– Ш-ш-ш. – Сара покачала головой и подняла руку. – Не обманывай меня. Я знаю, что у тебя какие-то виды на детектива, и заметила, как на тебя смотрел отец Джеймс.
– Если помнишь, он – священник.
– Он мужчина, и случилось так, что он стал священником. И он настоящий красавчик.
– Ты действительно сошла с ума.
Губы ее подруги изогнулись в грустной улыбке.
– Возможно, – признала она. – Наверное, мне стоит внести поправки в мои планы. Мне надо повидать адвоката, управлять магазином, завести кошку, вступить в клуб знакомств и посетить психиатра. Так лучше?
– Гораздо лучше, – ответила Оливия, грустя из-за отъезда Сары. Было так хорошо, когда в доме жил кто-то еще. Они обнялись и вздохнули, затем Оливия помогла Саре убрать ее вещи в багажник взятой напрокат малолитражки. Когда она уезжала, заворчала белка. Хайри С заскулил, когда маленькая машина исчезла за мостом среди деревьев. – Она вернется, – предсказала Оливия, опуская взгляд на пса. – И ты особенно не расстраивайся. Она вовсе не приходила от тебя в восторг. Пойдем. – Она свистнула псу, который погнался за белкой. – Хайри!
Зазвонил телефон.
– Хайри, сейчас же домой!
Пес не обратил на нее ни малейшего внимания.
– Хорошо! – Она оставила дверь открытой и, вбежав на кухню, услышала свой собственный голос на автоответчике. – Это Оливия. Либо меня нет дома, либо... – Она схватила трубку. – Алло?
– О, привет... это Джеймс, – произнес отец Маккларен, и она улыбнулась, вспомнив его красивое, хотя и взволнованное лицо. – Рад, что застал вас... Чувствую себя полным дураком, но, по-моему, я забыл у вас свой бумажник. Может, я выронил его, когда возился с инструментами или когда сидел на диване... Не помню.