Кельтум припарковала машину на узкой улочке, выходившей на Сен-Жерменский бульвар. Не выключая двигателя, она протянула ему ключи от квартиры.
— Код 411С. Пятый этаж, направо. — Она впервые нарушила молчание.
— Спасибо.
Билл обернулся и оглядел улицу. Время приближалось к семи. Кроме них на улице была только дама в пеньюаре, равнодушно наблюдавшая, как ее собачка гадит на тротуаре. Поблагодарив Бога, что она никак не может быть переодетым полицейским, Билл выскользнул из машины и быстро направился к парадному входу, а Кельтум поехала искать стоянку для машины.
Закрыв за собой калитку, Билл оказался в ухоженном внутреннем дворике, с цветочной клумбой посередине, распространявшей благоухание. Задняя стена была почти вся оплетена цветущими растениями. Сверкали чистотой недавно вымытые мощенные камнем дорожки. Билл быстро, но бесшумно проскочил мимо домика консьержки, благодаря судьбу, что окна застеклены матовым стеклом, вошел в вестибюль и сразу же почувствовал слабое головокружение от запаха восковой мастики. Быстро огляделся вокруг. Наверх вела ухоженная лестница, покрытая толстой дорожкой, которую удерживали начищенные до блеска латунные прутья. На лестничной клетке приютился маленький лифт, огражденный железной решеткой изящного литья. Билл прошел мимо лифта, словно не заметив его, и начал подниматься по лестнице, дорожка поглощала звуки его шагов.
Выбрав лестницу, а не лифт, он мог при малейшей тревоге повернуть назад и таким образом избежать нежелательной встречи. В дорогих домах, подобных этому, жильцы обращают пристальное внимание на посторонних, так что, используя лифт, он мог бы легко засветиться.
Билл поднялся на пятый этаж, не встретив на своем пути ни одной живой души, бесшумно отомкнул дверь с кодовым секретным замком и вошел в квартиру. Маленькая прихожая вела в просторную, залитую солнцем гостиную. Он подошел к окну и выглянул на улицу. Двойные рамы из твердой древесины не пропускали в квартиру уличный шум. Ахмед выложил кучу денег, чтобы сделать сестре такой прекрасный подарок, а она его швырнула ему в лицо.
Он обошел всю квартиру, и первое впечатление укрепилось. Все здесь — полированный паркетный пол, восточные ковры, мебель — было подобрано с необыкновенным вкусом и стоило бешеных денег, но было отвергнуто. Кельтум ни к чему не прикоснулась, ничего не сдвинула с места. В ванной, стены которой были покрыты от пола до потолка изразцами ручной работы, даже зубная щетка или кусок мыла не нарушали девственный порядок. На кухне стоял роскошный дорогой холодильник, совершенно пустой, дверца его была приоткрыта. На кровати, застланной шелковым покрывалом, не было ни подушек, ни простынь. Квартира выглядела нежилой, как выставочный образец.
В дверь позвонили. Билл вышел в прихожую, отвел в сторону щиток дверного глазка. В коридоре стояла Кельтум, нагруженная полиэтиленовыми сумками со всякой всячиной. Он открыл дверь, девушка проскользнула мимо него на кухню, бросила сумки посредине комнаты, прямо на пол, ни слова не говоря, показала ему на них рукой и вернулась в гостиную.
Билл включил стоявший на подоконнике радиоприемник и принялся разбирать пакеты в поисках кофе. Из радионовостей узнал, что он психопат, возможно, вооружен и очень опасен.
— Хотите чашечку кофе? — крикнул он, придав своему голосу самую мирную интонацию. Никакого ответа. Он пожал плечами, налил в чашку кофе и понес его стоявшей в гостиной у окна Кельтум. — Вот, я принес вам. Нам обоим нужно подкрепиться. — Девушка сделала вид, что ничего не слышала. Он покачал головой и остановился в нескольких шагах. — Послушайте, Кельтум. Я знаю, что вы обо всем этом думаете и как переживаете. Простите, я…
Она быстро повернулась к нему.
— Знаете? Просите прощения? Так почему же вы не воспрепятствовали моему отцу, не сказали ему ни слова, когда он приказывал мне привезти вас сюда? Почему вы не хотите оставить меня в покое?
Он не мигая смотрел в ее глаза, красные от слез.
— Потому что иначе я не смогу сделать то, что мне нужно сделать.
Секунду или две она в упор смотрела на него, потом смахнула со щеки слезинку.
— Но это же нечестно. Вы и мой отец поставили меня в невыносимое положение. Кошмар какой-то, — проговорила она и резко отвернулась. — Откуда мне знать, что вы и вправду не убили ту бедную женщину?
Он чуть было не рассмеялся, но закусил губу и сдержался.
— Действительно, откуда вам это знать? — Он отпил глоток кофе и посмотрел на ее затылок. — Может быть, вы как законопослушная гражданка выдадите меня полиции?