Выбрать главу

– Многое замечаешь. Но обычно держишь все при себе, лейтенант. Не занимайтесь тем, что вас не касается.

– Да, пока не убивают. Если бы я занимался только тем, что меня касается, я был бы безработным. Скажите, вы не слишком молоды для дворецкого?

– Мне уже за пятьдесят! – с улыбкой ответил Росс.

– Вы выглядите здоровяком. Это благодаря работе?

– Стараюсь поддерживать форму. В молодости я занимался спортом, лейтенант.

– Соревновались в лазаний по деревьям?

– Но не вчера вечером, во всяком случае, – ответил он обиженным тоном. – Это все, сэр?

– Пока да!

Я вернулся к машине и поехал в город. По дороге остановился возле ресторанчика, чтобы перекусить. Были моменты, когда я ощущал себя чисто деревенским человеком, которого волновали только заботы о хлебе насущном. Вот так бы все время!

В 14.45 я входил в контору Джина Карсона. Его секретарша сказала:

– Мистер Карсон принимает только по записи, оставьте ваше имя.

– Это идея! Временами оно давит меня. Вы только подумайте – все время таскать его при себе!

Она на мгновение подняла брови, потом стала безразличной.

– У мистера Карсона есть свободных полчаса утром в четверг. Вас устроит?

– Если вы дадите мне полчаса, я беру. Вы знаете, я вам кое-что скажу: вечером, вернувшись домой и сняв бюстгальтер, клянусь, вы становитесь совершенно иной.

Она раскрыла рот, не в силах вымолвить ни слова.

– Убирайтесь! – с трудом проговорила она. – Иначе я позову полицию!

– К вашим услугам! – галантно произнес я и положил жетон ей на стол. – Идите и скажите Карсону, что я здесь и не могу ждать следующего четверга. Меня зовут Уилер.

Она сняла трубку и с непонимающим видом передала Карсону сообщение, после чего положила трубку.

– Мистер Карсон сейчас вас примет, – сказала она, покраснев. – Вы, наверное, не такой наглый, каким кажетесь, – добавила она, несомненно, в качестве извинения.

– Конечно, мой ангел, и мне жаль, что я произвел на вас такое впечатление. А кстати, если мы поужинаем сегодня вечером у вас? Я постараюсь вас не разочаровать.

– Кабинет Карсона второй слева. – Она снова приняла высокомерный вид.

***

Это был шикарный кабинет, какой и надлежит иметь преуспевающему адвокату. Решительно у всех, кроме меня, есть большой стол. Единственный символ моего положения – мой “остин-хили”, которому два года и за который мне осталось сделать еще шесть взносов.

Я утешил себя, подумав, что курю настоящие мужские сигареты и что на следующей неделе, может быть, сделаю себе татуировку…

– Садитесь, лейтенант, – сказал Карсон, – в чем дело?

– Вы хорошо знали Алису, не так ли?

Он нахмурился:

– Да. Я уже давно связан с этой семьей.

Я вытащил сложенную бумажку и положил перед ним на стол.

– Вы написали эту записку?

Он внимательно прочел ее, потом поднял голову и посмотрел на меня:

– Где вы ее нашли?

– Это вы ее писали?

– Я предпочел бы не отвечать, – Как хотите. Вы же знаете, мы можем произвести графологическую экспертизу.

– Хорошо… Записку писал я! – сказал он резко. – И что это доказывает?

– Вы знали Алису Рэндалл.., ну скажем, интимно?

– Алису? – повторил он недоверчиво. – Но, лейтенант, это ошибка!

– Записка была в кармане ее пальто, которое висело в шкафу. И вы признались, что являетесь ее автором.

– Но я не… – Он ударил кулаком по столу. – Эта записка была адресована не Алисе!

– А кому?

– Это не имеет отношения к делу, – заявил он.

– В таком случае как записка могла оказаться у нее в кармане?

– Я ничего не понимаю, – растерянно проговорил Карсон. – Абсолютно ничего!

Я уселся поудобнее в кресле и зажег сигарету.

– Вы адвокат семьи уже довольно давно. Лавиния Рэндалл наверняка очень крупный клиент.

– Ну и что из этого?

– А то, что если вы скомпрометируете младшую дочь, то рискуете потерять клиентку – ее мать. Скандал вряд ли будет вам на руку.

– Вы бредите?!

– Вы знали, что у Алисы двухмесячная беременность?

– У нее.., что? – Он побледнел. – Вы осмеливаетесь утверждать, что я…

– Кто знает? – охладил я его пыл. – Кроме Алисы, разумеется.

– Вы забыли одну вещь, – сказал он резко. – В момент ее смерти я находился в гостиной вместе с Жюстин и Френсисом.

– Это вы говорите!

– Это и они говорят.

– Они не сказали мне об Амое. Они солгали, когда я спросил, знают ли они кого-нибудь, кто может быть замешан в этом деле. Кто знает, не солгали ли они и на этот раз, спасая честь семьи и делая вам ложное алиби?

– Значит, так, – медленно проговорил Карсон. – Я должен принять меры в свою защиту.

– Постарайтесь нанять хорошего адвоката. Это всегда полезно.

Когда я выходил, секретарши не было на месте…

Глава 5

Я вернулся в офис. Полник ожидал меня там с хмурой физиономией.

– Значит, пошутили со мной, лейтенант?

– Каким образом?

– Насчет дворецкого… Я поверил вчера вечером, что дело уже в шляпе.

– В этом я еще не уверен. Возможно, что преступник именно он. Ему надоело, что весь дом висит на нем, и он решил перевесить девушку на дерево.

– Возможно, – сказал Полник все еще в плохом настроении. – А кстати, шериф вас спрашивал.

– У меня тоже появилось желание поболтать с ним. Но сначала я хотел бы, чтобы ты оказал мне сегодня вечером одну услугу.

Лицо Полника просветлело.

– Держу пари, в деле замешана девица!

– Слушай меня внимательно. Я, может быть, не так выгляжу, но я – твоя добрая фея.

– Нет, лейтенант, – сказал сержант с каменным выражением лица. – Секс с мужчинами меня не интересует.

Как, однако, трудно разговаривать с Полником, подумал я. Он все понимает слишком буквально.

– Я имел в виду, – поспешил уточнить я, – что твоя мечта осуществится.

– Без шуток? – спросил он недоверчиво. Я рассказал ему об Амое и его алиби.

– Я бы хотел, чтобы сегодня вечером ты пошел в этот кабак, поговорил с метрдотелем и девицей. Возможно, они расколятся, так как Амой грозился выкинуть их за дверь или набить морду, не знаю уж что… Попытайся подружиться с ними и посмотри, смогут ли они что-нибудь рассказать.

Рот Полника расплылся в широкой улыбке.

– Шикарно! – сказал он с энтузиазмом. – Скажите, лейтенант, а это правда, что говорят про бюст певицы?

– Даже более того, – подтвердил я.

– Ну, старина! – Он задыхался от избытка чувств. – Спасибо, лейтенант! Я хорошо все сделаю, даже если придется провести там целую ночь.

– Я знаю, что могу рассчитывать на тебя.

– Послушайте, лейтенант. – Полник нахмурил лоб. – Значит, договорились, я могу оставаться в заведении сколько хочу?

– Нет, идиот! В полночь ты превратишься в тыкву! А теперь дуй!

Полник удалился. Я придал лицу озабоченное выражение перед тем, как войти в кабинет.

– Присаживайтесь, Уилер, – пригласил шериф. – Как дела?

– Продвигаются. Я не знаю, на каком мы этапе, но уже далеко.

– Да? Используя шантаж, угрожая членам семьи Рэндаллов, вы выставляете на всеобщее обозрение их личную жизнь, позоря их, мешая им…

– Это так, шериф. Следующим шагом я хочу выпороть их по очереди.

– Ну, Уилер, быть, может быть, не подозреваете, глядя на меня, что я сижу сейчас не в кресле, а на раскаленных углях!

– Я верю вам на слово, шериф.

Он зажег сигару и, затянувшись, пробормотал:

– Сейчас я ссорюсь с муниципалитетом из-за вас. Мне велят сделать то, что я должен был сделать с самого начала. – передать дело в уголовную полицию.

Я воздержался от комментариев. Он затянулся сигарой и, выпустив дым, некоторое время смотрел через него на меня.