К стрельбе на станции прибавилась и стрельба где-то на десять часов. Это уже вступил в бой Кирзач. Значит, «анархисты» опаздывают и срывают график наступления.
– Это Корень. В зелёнке чисто. С моей позиции до застройки на двенадцать часов метров шестьсот, на два часа – четыреста. Движения не наблюдаю. Приём, – доложил Корнеев.
«Было бы странно, если бы наблюдал», – подумал Андрей.
Быстро сориентировавшись, Андрей разъяснил командирам машин план движения, как он себе это представлял, и они потихоньку направились объезжать лесопосадку. Обогнув деревья, машины двинулись на восток, подставляя борта для обстрела с севера, но от ближайших построек, где можно было организовать огневую позицию, их и правда отделяло более полукилометра, к тому же покрытых маленькими группками кустарника, ещё и при слабой видимости – вряд ли кто-то сможет поразить его танки оттуда. В любом случае иначе поступить Андрей не мог – не бросать же машины здесь?
Впереди замаячили какие-то высокие заросли. Оказавшись ближе, Андрей смог разобрать, что это кукуруза. Скрывшись в ней, они могли бы подобраться ближе к первоначально намеченному маршруту наступления. Идея показалась Андрею правильной, но он не стал озвучивать её, поскольку они всё равно двигались прямиком к этой кукурузе. В этот момент и произошёл первый огневой контакт.
– Контакт на десять часов! – громко раздалось из рации.
Но прежде, чем Андрей успел что-то ответить, в идущем первым танке что-то взорвалось. Андрей не видел, что и как произошло, потому что находился с противоположной от места попадания снаряда стороны, но он услышал хлопок взрыва и увидел яркую вспышку, после которой танк тряхнуло, а окутавшее его облако сизого с чёрным дыма стало медленно уползать наверх.
Первой мыслью после кратковременного оглушения было: «чёрт, неужели мы потеряли танк?». Но на деле всё оказалось не так плохо, потому что через пяток секунд орудие танка развернулось и ещё через секунду раздался выстрел. Яркая вспышка, вырвавшаяся из ствола танка, снова на секунду ослепила солдат. Ударной волной вокруг орудия с земли сорвало траву и понесло во все стороны, но никто особо этого не заметил. Ещё не прошло ослепление, а в той стороне, куда выстрелил танк, появилась ещё более ослепительная вспышка и большое количество обломков, словно фейерверк, с грохотом взрыва разлетелось во все стороны.
С трудом заставив себя оторваться от фейерверка, Андрей только сейчас переключился на связь через гарнитуру.
– Не стоим! – крикнул он. – Двигаемся вперёд. Третье отделение – на вас контроль левого фланга. Корень, что это было?
– РПГ. Движения не вижу.
Ещё бы. После осколочно-фугасного снаряда и такого фейерверка там вряд ли жизнь возможна, не то что движение. Пока Андрей успел об этом подумать, метрах в пятидесяти слева от них что-то взорвалось. Он стал озираться, пытаясь понять, что это было, потом увидел примерно там же новый разрыв, а за ним ещё один.
– Миномёты! – крикнул Воробьёв.
Андрей отреагировал быстро.
– Броня, двигайтесь к домам, давите любое сопротивление. Мы за вами, – сообщил он и дал соответствующую команду пехоте.
Танки повернулись и поползли к ближайшим домам. Бронетранспортёры держались за ними на почтительном расстоянии – в случае, если по ним попадут из РПГ, шансы сохранить машины и жизни экипажей практически нулевые.
«Как же всё тонко», – подумал Андрей и ему отчего-то захотелось распевать эти слова. Подавив это нелепое желание, он, пригнувшись, побежал за танками. Мины продолжали рваться где-то в стороне, не приближаясь к наступающим и не нанося никакого урона. Видимо, корректировщик или погиб, или отступил, видя, что к нему движутся танки.
«Булаты» Ростовцева приблизились к домам, ближайший из которых, разрушенный недавним выстрелом, слабо горел. Миномётный обстрел прекратился.
С каждой минутой видимость хоть и медленно, но улучшалась. Пехота начала осторожно, одну за другой, проверять постройки. В горящем, разрушенном доме обнаружились два тела, но одеты были абы как, без формы, только в бронежилетах и касках, так что это точно были не сектанты. Открытым оставался вопрос: был ли здесь или рядом кто-то ещё?
Чисто. Чисто. Чисто.
Пока что это всё, что слышал Андрей от командиров отделений. Неужели погибшая парочка была только вдвоём? Зачем тогда рисковали и стреляли по танку? Нет, наверняка с ними были ещё бойцы, но, увидев с чем имеют дело, решили отступить.