– Вот так-так, – заговорил Владов, глядя сверху вниз на Андрея.
Парню его взгляд показался излишне высокомерным, но лишь на мгновение, потому что проблематично надолго задумываться над такой ерундой, лёжа на земле в наручниках и под прицелами карабинов.
– Андрей Романов собственной, всеми разыскиваемой персоной, – саркастически продолжил торговец. – Я не поверил, когда мне сообщили. Ходили слухи, что ты мёртв.
«Ого, как быстро они у вас ходят, эти слухи», – подумал Андрей.
Он перевернулся и с трудом, но сумел сесть на колени, чтобы отплеваться. То, что никто ему не помешал это сделать, означало, что как минимум бить его пока не планируют.
– Черкес, освободите его, – стальным голосом скомандовал Владов.
Его приказ был исполнен так быстро, будто это был вовсе не приказ, а какое-то заклинание. Почувствовав, что руки снова свободны, Андрей первым делом вытер рукавом рот, затем, опираясь на ладони, медленно поднялся и взглянул на Владова.
– Здравствуйте, Игорь Алексеевич, – просипел он. – Приём у вас, как и всегда, душевный.
– А ты, как и всегда, остришь. В любом случае извинений не жди.
– Нет проблем. Всё нормально, – Андрей снова закашлялся, но с каждой секундой ему становилось всё лучше.
– Ладно, иди за мной, – приказал Владов, а затем обернулся к одному из бойцов в масках. – Черкес, сопровождать не нужно – он свой.
Не дожидаясь реакции парня, торговец развернулся и решительно пошёл к дому. Андрей быстро поднялся и, не удостоив бойцов в масках даже взглядом, поплёлся за Владовым. Остолбеневшие охранники у ворот не позволяли себе даже скосить глаза. Для Андрея это выглядело очень занятно и наводило на размышления. Вряд ли эти парни были из свиты Владова, значит, они местные. То, как они боятся привлечь к себе его внимание, с точки зрения Андрея означало, что Владова здесь опасаются. Как там он говорил? Кризис-менеджер? Хм… Понять бы, что это означает.
От ворот к дому вела мощёная разноцветной тротуарной плиткой дорожка, по бокам которой росли декоративные туи. Подняв голову и взглянув на сам дом, Андрей увидел на балконе третьего этажа Аню, которая напряжённо смотрела на него. Встретившись с ним взглядом, она чуть заметно приподняла руку в немом приветствии. Когда они подошли совсем близко, перед тем, как подняться на крыльцо, Андрею показалось, что он увидел на её лице смятение. Но их взгляды пересеклись лишь на мгновение, а затем девушку скрыл от него свод крыльца.
Войдя в дом, они сразу оказались в самом настоящем муравейнике. Большой холл оказался везде, абсолютно везде заставлен столами с компьютерами. За каждым сидели люди, постоянно кто-нибудь с серьёзным видом сновал туда-сюда с бумагами в руках, а симпатичная девушка заполняла мелом какую-то таблицу на большой чёрной доске в углу.
– Ого, – вырвалось у Андрея.
Владов ничего не сказал, а решительно двинулся между столами к лестнице. Никто не обращал на него внимания, разве что один мужчина уступил дорогу, а так больше ничего не указывало на какое-нибудь особенное отношение всех этих людей к Игорю Владову. Андрей торопливо шёл за ним, опасаясь, что если отстанет, то надолго застрянет в этом шумном улье.
Они поднялись по лестнице на самый верх – на третий этаж. Там, на небольшой площадке находились три одинаковых двери, возле одной из которых со скучающим видом сидел на стуле какой-то невзрачный азиат в полевом камуфляже. При появлении Владова он лениво поднялся, но Игорь Алексеевич, не говоря ни слова, сделал ему незаметный для Андрея знак ладонью, даже не поднимая самой руки, и азиат так же медленно и лениво сел обратно.
Этот «китаец», как Андрей мысленно его окрестил, заинтересовал парня, однако он полностью проигнорировал короткий изучающий взгляд Романова, проходящего мимо него вслед за Владовым.
За дверью оказалось помещение, напоминающее кабинет и спальню одновременно. Это была комната квадратов в сорок, в одном углу которой на небольшом подиуме стояла огромная резная кровать с балдахином и шкаф-купе с большущим зеркалом, а в другом – впечатляющих габаритов рабочий стол, десяток офисных стульев и шкаф для документов. Примерно в середине комнаты, ближе к кровати, на стене висел огромный телевизор, каких Андрею видеть ещё не приходилось.
И телевизор, и кровать с балдахином привлекли внимание Романова, поскольку выглядели в его глазах не только диковинно, но и бесполезно, а потому удивительно. Особенно телевизор – что с него толку, если телевидения и интернета больше нет?