Снова вздохнув, Романов опустил глаза. И что ему отвечать? Гронин не относился к тем людям, от которых можно что-то утаить, когда сказал хотя бы одну букву. А как-то коротко рассказать об Ане и её обстоятельствах не получится, придётся выкладывать всё. В очередной раз вздохнув, Андрей принялся пересказывать те моменты в истории его знакомства с Аней, о которых полковник не знал, а не знал он многого. Гронин, несмотря на злость, выслушал парня до конца, периодически задавая уточняющие вопросы. По ходу рассказа он строил гипотезы, но Андрею их, понятное дело, не озвучивал.
– То, что ты повёлся на красивую барышню – очевидно, – холодно сказал Павел, когда Андрей закончил рассказ. – Но хотя бы попытайся абстрагироваться от этого и подумать трезво – зачем она сбежала? Какие могут быть реальные причины?
– Я верю ей…
– Нет! – рявкнул Гронин. – Не включай влюблённого идиота, а думай! Давай, или я свяжу вас обоих и отправлю Владову в красивой упаковке. С моими искренними извинениями в придачу.
Андрей сомневался, что Павел говорил серьёзно. Впрочем, если он не сделает то, чего полковник от него сейчас требует, то каких-то непредсказуемых последствий точно не избежать. Но как он ни старался, а под требовательным взглядом Гронина не мог разродиться ни одним словом. Все другие варианты казались ему нелепыми, ведь Аня была такой искренней и убедительной…
Но нужно было сказать хоть что-нибудь… Чёрт, как же трудно пытаться обличить дорогого человека… Силясь что-то придумать, Андрей перебрал в уме несколько самых очевидных вариантов. Ближе всего к реальности выглядела идея со шпионажем, но в неё не было логики – зачем Владову при его возможностях отправлять шпионкой собственную дочь?
Требовательный взгляд Гронина ожидал ответа, и Андрей решил озвучить именно этот. Услышав его, полковник согласно кивнул, даже несмотря на дальнейшие заявления Романова о нелогичности. Андрей недоверчиво уставился на него, а тот изучающе – на самого Романова.
– Будь с ней очень осторожен, – доверительно сообщил Павел. – Всё может оказаться вовсе не так, как ты думаешь.
– Я, конечно, обязательно учту ваш совет, но по-прежнему считаю эту версию нелогичной.
Гронин чуть заметно вздохнул и на миг вскинул брови, затем выдержал длинную паузу, во время которой отвёл взгляд и задумчиво щурился, будто ему в голову только что пришла интересная мысль. Похоже, у него действительно созревал какой-то план. Андрей понял это и начал волноваться, ведь план этот определённо был направлен против Ани.
– Жизнь – интересная штука, – неожиданно для Андрея заговорил Павел, и только потом перевёл на парня взгляд. – Когда у тебя на руках будут все козыри – она предложит тебе сыграть в шашки.
Он коротко вздохнул и продолжил.
– Понимаешь, у логики есть кое-какие финты. Например, с её помощью очень удобно скрывать истинное положение вещей.
– Не понимаю…
Гронин за долю секунды шевельнул бровями, отвёл взгляд и снова приковал его к Андрею. Смерив его пристальным взглядом, он решил кое-что объяснить.
– К каждому типу людей есть свои подходы. К примеру, с помощью лжи можно обмануть дураков. С помощью огромной лжи – простаков. А с помощью логики – умников.
Лицо Андрея показывало, что он понял слова полковника, но не до конца. Павел снова начал объяснять.
– Люди, думающие, что всё видят и знают – умники – интерпретируя события или человеческие поступки, часто руководствуются логикой и их собственным пониманием здравого смысла. Их не обманешь банальной ложью, но зато легко добьёшься этого, подстроив логически верную цепочку событий. Эти доморощенные мудрецы, ухватившись за подсунутую им нить, настолько увлекаются своей проницательностью и воображаемой гибкостью ума, что не замечают других, не менее логичных вещей. Короче говоря, таким людям дают возможность прикоснуться к якобы сокрытому, а дальше их гордыня всё доделывает сама.
Андрей настолько увлёкся словами полковника, что на некоторое время впал в задумчивость, когда тот замолчал. Павел не торопился выводить парня из неё.
– Получается, обмануть можно всех… – заключил в итоге Андрей.
– В смысле? Умных так не обманешь, – полковник скептически покачал головой.
– Что-то я совсем запутался. Вы же сами только что сказали, что…
– Я говорил – умников, – перебил Гронин. – А умники и умные – это две большие разницы.
Андрей надул губы и нахмурился. Павел слегка улыбнулся. Он сделал это впервые с начала разговора, и Андрей понял, что на этом выговоры закончатся. Оставалось, правда, ещё дождаться вердикта и оглашения приговора, но хотя бы самая неприятная часть разговора осталась позади.