Если бы они тогда попали в то путешествие не поздней весной, а хотя бы в середине лета – скорее всего в ноябре-декабре их два маленьких тельца просто остались бы где-то в качестве удобрения.
Взвод медленно пробирался по заросшему кустарником лесу, когда до них донеслись чуть слабые, еле различимые звуки далёкой стрельбы. Хотя, если учесть ландшафт и густой лес, то бой мог идти не так уж и далеко. Вскоре прибежал запыхавшийся боец от авангарда.
– Стрельба на десять часов от направления нашего движения, – доложил он, тяжело дыша. – По мнению Корнеева не более пятисот метров от нас.
Андрей моментально почувствовал прилив адреналина.
– Как же хреново без раций… – быстро посетовал он. – Давай со мной – показывай, где Корнеев. Серёга! Воробьёв! Позовите Воробьёва!
Через десяток секунд Сергей был рядом.
– Остаёшься за меня. Никаких пререканий. Займите оборону и приготовьтесь. Я скоро вернусь.
К позиции Корнеева бегом, насколько позволяла густая растительность, они добрались примерно минуты за три, но самого Лёши на месте не оказалось – их ждал лишь один из бойцов его группы. К тому моменту стрельба уже прекратилась, раздавались лишь очень редкие короткие очереди, и порой одиночные выстрелы, а вскоре исчезли и они, и это волновало ещё сильнее. На вопрос Андрея где Лёша, боец ответил, что тот ушёл посмотреть, что происходит, приказав ждать его возвращения и предупредить Андрея.
Ждать пришлось недолго. Лёша вернулся хмурый и чем-то озабоченный и даже не пытался это скрыть. Разволновавшийся Андрей спросил, что там случилось, но Корнеев ответил коротко: «пока не знаю».
– Что ты там видел? Ты можешь сказать?
Корнеев в напряжённой задумчивости смотрел куда-то мимо Андрея, совершенно его игнорируя. Романов понял, что тщетно надеялся услышать ответ, и начал выходить из себя.
– Лёша?!
– Тихо!
Внезапно Корнеев залёг, жестом показав всем сделать то же самое. Когда они исполнили команду и обратились в слух, до них донёсся шелест листьев и хруст веток, причём, судя по звуку, тот, кто к ним шёл, явно не беспокоился о скрытности. Вскоре прямо перед ними возникли двое мужчин с автоматами. Один из них, похоже, был ранен, потому что буквально висел на плече у товарища, а тот, что тащил его, постоянно оглядывался.
– Стоять! Руки вверх! – резко подымаясь на колено, рявкнул Корнеев, и навёл на них оружие.
Остальные тоже подскочили со своих мест и навели оружие на противников. Парочка на мгновение застыла с изумлёнными и перепуганными выражениями лиц, а затем сделала то, чего от них совсем не ожидали.
– Дідька лисого! – нервно воскликнул тот, что тащил товарища, резко мельком оглянулся и тут же пошёл напролом через кусты, пытаясь миновать Корнеева и остальных.
– Я сказал стоять! – казалось, даже Лёша озадачился от такой реакции. – Ещё шаг и мы откроем огонь!
– В сраку собі засунь свій вогонь, москаляка, – процедил тот, что был цел, продолжая пробираться через кусты.
От всей этой ситуации Андрей буквально опешил и всё никак не мог понять – стрелять в этих двух баранов или нет. Их речь напомнила ему речь сержанта торговцев из Лозовой, того украинца с забавным говором, но что они сейчас сказали он совершенно не понимал, как не понимал и того, что они делают. Пока он принимал решение стоит ли выстрелить хотя бы им под ноги, выяснилось, что Корнеев контролирует ситуацию получше – он в несколько прыжков подскочил к украинцу и приставил автомат к его затылку.
– Я сказал – стоять, – угрожающе процедил Лёша.
Мужчина попытался сделать шаг, но всё же передумал, остановился, медленно повернул голову и окинул Лёшу странным, будто у сумасшедшего, взглядом. Этот взгляд становился всё более осмысленным по мере того, как шло время.
*далее в этом фрагменте персонажи-украинцы разговаривают исключительно на украинском языке, даже если понимают русский. Для удобства читателя все диалоги украинцев будут поданы на русском.
– Убегай, москаляка, – чуть ли не хныча сказал он через несколько секунд, – а то если не будешь убегать ‒ эти чёртовы вы. бки выпустят тебе кишки.