Это случилось в конце января, когда растаял снег. Строительство кирпичного завода закончилось, и Вамех остался не у дел. Тогда-то он и надумал перебраться в деревню.
— Поедешь жить в село, Алиса? — спросил он, блестя глазами, по-детски увлеченный своим неожиданным решением.
— Почему бы нет? Если ты будешь со мной… — не задумываясь согласилась Алиса.
Она даже решила продать свою комнату и на вырученные деньги купить в деревне домик. Дзуку, узнав о ее намерении, вышел из себя:
— Если уж вам приспичило жить в деревне, живите в моей конуре, пока не надоест.
И через неделю Вамех с Алисой переехали в деревню, где ночами брехали на луну собаки, где перед зарей кричали петухи, где крестьяне поднимались до рассвета, задавали корм скоту, а женщины созывали кур; потом над трубами мирно курился белый дымок, а крестьяне, вскинув на плечи топоры и пилы, направлялись к лесу, откуда целый день слышался стук топоров, шарканье пил, уханье упавшего дерева; мычала скотина, иногда где-то гремел выстрел, и до ночи не утихал радостный и спокойный шум крестьянской жизни; деревенская детвора, краснощекая от солнца и холода, с криками носилась по проулкам; женщины в шалях, идущие к роднику, беседовали о домашних делах; во дворах мычали телята; старики в башлыках и телогрейках собирались у мельницы, усаживались на бревна, дымили трубками и сплевывали, вода гулко катилась по желобу, и скрежету жерновов вторил монотонный скрип воротка, старики курили и посматривали на своих сыновей, внуков и правнуков, которые тащили из лесу прутья и подплетали плетни, копали землю или точили лемех перевернутого плуга, готовясь к весне, к грядущему труду, к грядущей жизни.
3
Вамех и Алиса были счастливы. Они любили друг друга, и все вокруг радовало их. И они понравились сельчанам, хотя тех удивляло, что молодые переехали в деревню, ведь каждый теперь норовил перебраться в город. Крестьяне знали Вамеха с той осени, когда он помогал им собирать урожай, и к Алисе привыкли быстро. Она пришлась им по душе, сжилась с ними, сдружилась с местными женщинами, и больше всего их подкупало, что горожанка не сетовала на деревенское житье.
Домик Дзуку, в котором поселились Вамех и Алиса, стоял на пригорке, у околицы. Сразу за забором начинался лес. Со двора, как на ладони, просматривалась вся деревенька — разбросанные по склону дома, дворы, огороды, а ниже их — бесконечные пастбища и поля.
Вамех с удовольствием втянулся в деревенскую работу. Вместе с соседями ходил он в лес и валил деревья, чуть потеплело — взялся за лопату. Иногда, взвалив на спину мешок, отправлялся на мельницу. Пока мололась кукуруза, он подсаживался к старикам, охотно вступал в разговор и из него узнавал, чем жило село. Одевался он по-крестьянски, любил поболтать со стариками, и удивительный покой снизошел в его душу. Он, как ребенок, со всей непосредственностью воспринимал окружающее. Потом, когда сумерки ложились на поля, он вскидывал мешок на плечи и неторопливо направлялся к дому. Он шел один и внимал сумеречной тишине, которая, как раздумье, захватывала и переполняла его, переносила в какие-то неведомые дали, где забывались земные тяготы, где вольная душа царила в необъятном просторе. Он часто останавливался и долго стоял в задумчивости, глядя на окутанное сумерками село, и не мог объяснить себе странного состояния, неожиданно охватившего его. Переполненный любовью, он и не старался доискаться, отчего происходит с ним такое, не желал понимать, откуда пришла любовь, от которой, словно от совершенного доброго дела, становилось легко на душе. Он не помнил прошлого, оно унеслось за тридевять земель, сгинуло куда-то и он ощущал себя вторично родившимся и только-только начинающим жить.
Потом на тропинке появлялся мальчик, гоня домой запоздавшую с пастбища корову, и учтиво здоровался с Вамехом. Вамех глядел вслед и радовался безобидности и невинности их.