– Мама, папа, ну, идите уже, домой, я скоро приду. А то подумают еще, что я мамина дочка. Ну, или папина, – попрощалась Аня и вместе с учительницей и другими детьми пошла в класс.
В школе ей понравилось гораздо больше, чем в садике. Девочки с огромными бантами и строгих школьных формах, украшенных кружевами на воротнике и на рукавах, выглядели нарядными. Мальчики в синих костюмах казались степенными и, к счастью, не такими крикливыми и шумными, как в детском саду. Они скромно сидели на уроках за деревянными партами, бегали только на переменках.
Учиться Ане было интересно, ведь папа научил ее считать до ста и она знала все буквы, никакой сложности составить их в слова для Ани не представляло.
Училась она на одни пятерки и обожала делать с папой домашние задания. Он обязательно придумывал какую-нибудь занимательную игру, интересные сравнения. Цифры они изучали как стихи, а к каждой букве придумывали сценку. Даже самое простое домашнее задание папа умудрялся превратить в маленький праздник.
Хотя Аня теперь считала себя взрослой, по вечерам по-прежнему любила слушать сказки и возиться со своими куклами. Папа подарил ей набор медсестры, и теперь она не только поила кукол чаем и кормила игрушечными кексиками, но и лечила их от кукольных болезней.
Она разбиралась в лекарствах, знала, когда нужно дать парацетамол, чтобы сбить температуру, чем лечить головную боль, а когда необходимо сделать укол.
Она укладывала своих кукол по постелям, бережно укрывая каждую своим собственным одеяльцем.
– Какая же ты заботливая, Анечка! – восхищался папа, целуя дочь и желая ей спокойной ночи. Однажды он сказал:
– Наверняка, твои дети будут в надежных руках, у них будет самая лучшая мама на свете.
Глава 2. Катастрофа
Все изменилось в один день, с утра начавшийся как обычно. Аня проснулась, посмотрела в окно, отодвинув занавески, улыбнулась яркому солнышку и вышла на кухню.
Мама приготовила яичницу-глазунью, папа не торопясь позавтракал, поцеловал маму и Аню и вышел к ожидавшему его служебному автомобилю. Мама долго махала ему рукой из окошка, папа послал ей воздушный поцелуй.
Аня быстро допила свой чай и побежала на занятия. День в школе не задался с самого утра. На уроке русского языка Аню вызвали к доске, нужно было рассказать небольшое стихотворение. У Ани неожиданно выпали из памяти все строки, которые накануне она рассказывала отцу. Еще вчера она прекрасно знала слова и декламировала их с чувством, с толком, с расстановкой.
Классная Мария Ивановна, которая вела у них русский язык и литературу, огорченно сказала:
– Анечка, не ожидала я от тебя, что ты не выполнишь домашнее задание. Двойку я тебе ставить не буду, ты же у нас отличница. Просто пообещай мне, что до завтра выучишь и на первом уроке расскажешь мне забытый стих.
Настроение было безнадежно испорчено, а потом на переменке Аня чуть не подралась с мальчиком из соседнего класса. Он дернул ее за косичку, она сказала, что он тупица, и пошло-поехало, разнимать их пришлось учительнице.
– Да что с тобой сегодня? – спросила Мария Ивановна. – Анечка, я тебя не узнаю!
Оставшиеся два урока Аня сидела обиженная и ни с кем не разговаривала.
Расстроенная, она пришла со школы и бросила свой портфель возле порога, даже не потрудившись занести его в комнату. Неожиданно затрезвонил черный телефонный аппарат, стоявший на тумбочке в коридоре.
– Мама, подойди, пожалуйста, – крикнула Аня, потом вошла в кухню.
Мама чистила клубни картофеля, собираясь приготовить любимое папино блюдо – жареную картошечку с грибами.
Мама не торопясь вышла в прихожую и подошла к трезвонящему телефонному аппарату. Она долго не решалась взять трубку, как-то странно и угрюмо на нее смотрела. Потом с опаской взяла трубку и долго молча слушала то, что ей говорили, а затем как-то медленно, обессиленно, опустилась на стоявшую рядом табуретку.
– Мама, что, что, что там сказали?! – бросилась к ней Аня, но мама молчала, глядя тяжелым взглядом прямо перед собой.
Аня бросилась к шкафчику за пузырьком с валерианой, налила в маленькую рюмочку несколько капель. У мамы ходуном ходили руки, когда она взяла лекарство из Аниных рук.
Только через час к маме вернулся дар речи, и она тихо и как-то глухо промолвила стоявшей возле нее Ане:
– Папа…
– Что папа?! Что?! Мама, ну говори же! – сердце у Ани сжалось от страшного предчувствия.
– Папа погиб, – сказала мама и зарыдала в голос, рухнув на колени прямо здесь, в коридоре.