Аня стояла столбом, ничего не понимая и отказываясь понимать. У нее как будто бы одновременно пропали слух, зрение и голос.
Впоследствии оказалось, что папа попал в автокатастрофу. Его служебный автомобиль, старая «Волга», врезался в столб на трассе, водитель не справился с управлением. Автомобиль перевернулся и оба погибли на месте.
Красавица мама после смерти мужа стала дурнеть и таять на глазах. Она постоянно спала и никуда из дома не выходила.
Мама уже не смотрела на Аню восхищенными глазами. Она никого больше не видела, и ей никто не был нужен. Что-то внутри нее сломалось, и мир ее больше не интересовал.
Аня больше не летела домой, как на крыльях. Ведь папа не ждал ее и не спрашивал, как дела, а мама, как ей казалось, теперь не жила, а существовала. Как робот-автомат, мама молча готовила ей завтрак, молча открывала входную дверь, и молчала, когда Аня приходила со школы.
В школе Ане разонравилось, учиться тоже не хотелось. Никто не спрашивал об успехах, а играть с остальными ребятами было не интересно.
Папа снился Ане каждую ночь. Он брал ее на руки и спрашивал, как дела. Аня просыпалась среди ночи и долго не могла уснуть, просыпалась разбитая и плелась в ненавистную с недавних пор школу.
Весь мир теперь казался ей враждебным, а одноклассники пустыми и никчемными, мелкими и бездушными. Как можно было играть, драться, учиться, когда весь Анин мир рухнул и никогда уже не станет прежним?
В воображении она представляла одноклассников маленькими дьяволятами, а над головой у них роился серый нимб. У девочек нимб был посветлее, но тоже маленький и уродливый.
Почему она так мало времени проводила с папой, почему мало заботилась о нем? Почему всегда он спрашивал, как ее дела, а не она его? Почему она всегда интересовалась только собой, совсем не думая о родителях?
И вот теперь у нее осталась только мама, нет больше Ани, счастливой папиной дочки.
Теперь она ждала, когда, наконец, станет самостоятельной и будет помогать маме. Только бы мама перестала плакать и вспомнила о том, что она красивая молодая женщина, у которой есть дочь.
Глава 3.Бедность
Через несколько тяжелых и безрадостных лет Бог услышал Анины молитвы.
Казалось, мама сама устала от своих однообразных серых одиноких дней. Однажды она сама завела разговор:
– Дочка, прости меня. Так уж получилось, что я не смогла обеспечить тебе счастливое детство.
Ане уже исполнилось четырнадцать лет, она выросла самостоятельной и как никто могла понять мамино горе. Она бросилась вытирать мамины слезы носовым платком:
– Мама, ты что?! В чем ты виновата?
– Перед тобой, дочка, я виновата. Ушла вся в свою печаль, а о тебе забыла.
– Да ладно, мам. Если бы всего этого не произошло, я бы не выросла такой самостоятельной. Нет худа без добра, хотя нет, плохая пословица. Не надо никакого добра, только бы худо не было.
На мгновение Ане показалось, что мамины глаза увлажнились. Она стала похожа на себя прежнюю, но лишь на одно мгновение.
– Знаешь, дочка, я решила, что мне нужно пойти куда-нибудь в люди. У нас еще есть сбережения, оставшиеся от папы, но я думаю, что мне стоит устроиться на работу.
– Мама, куда же ты пойдешь? Ты же никогда не работала! Ты ничего не умеешь!
– Научусь, – почти весело сказала мама. – Не боги горшки обжигают!
Совсем неподалеку от них находилась прядильно-ткацкая фабрика, рабочих там всегда не хватало, и маму с удовольствием приняли на почетную должность ткачихи.
Неожиданно для мамы, никогда не видевшей настоящего производства, фабрика оказалась просто огромной, состоящей из нескольких цехов. На проходной сидел охранник, проверяющий документы, а коридор, ведущий в цеха, был длинным до бесконечности. Придя в первый день с работы, мама рассказывала Ане:
– Дочка, там столько цехов, мне предложили выбрать. Можно полегче работу, в сортировочном цеху или в гладильном, но я все-таки решила туда, где зарплата побольше, в основной цех. Там и оборудование современное, японские швейные линии. Там такие огромные катушки с нитками, ты таких больше нигде не увидишь!
– Мама, ну ты скажи, тебе самой там понравилось?
– Конечно, понравилось! С завтрашнего дня начну работать. А то я совсем в домашнюю клушу превратилась, сама себе уже не интересна.
– Ну, вот и хорошо, – обрадовалась Аня. – Главное, чтобы ты, мамочка, была довольна, чтобы у тебя настроение улучшилось.