Отвлекшись от статуэтки на столе, Шепчущий перевел взгляд на выделанный из тонкой кожи свиток, на котором черной тушью был филигранно выведен десяток слов, сводящихся по сути к одному короткому «нет». О, бог, сотворивший Мир деревьев, само дыхание которого дарует жизнь, никому не позволит заселить планету, пока на ней не родится и не войдет в силу дитя прошлой хозяйки этого мира.
Его ответ окончательный, что ставит крест на возможных планах начать колонизацию в лесах Дамбаллы. Кроме трех оставшихся на Невмбеле великих духов, на нее еще и сам О периодически является. С духами еще можно было бы заключить договор или что-нибудь сделать, если постараться, приложить должные силы и знания. Как показал пример прошлой хранительницы, и договориться, и справиться с такой сущностью возможно, но вот ссориться с богом… Да и последствия подобных действий… Наг качнул головой. Земля еще не переварила кости предыдущих обитателей планеты.
Жаль, выходит, дурачок Ал, навечно оставшийся в царстве снов, погиб зря. Притом, что он даже не планировал колонизировать мир, только продать информацию о нем… Впрочем, не такая уж глупая мысль. Если не получается воспользоваться самому, все еще можно продать информацию кому-то на сторону. Любая проверка выявит идеальный мир с биосферой, природными ресурсами, а главное — отсутствием разумной жизни. За такое заплатят, причем много и сразу. Подобрать момент, найти тех, у кого выбора не осталось, — и они гарантированно заглотят наживку, а он, если надо, даже метку пути для покупателей выставит, можно было бы и портальную арку зажечь, но ту разнесли великие духи. Ну, а дальше пускай сами разбираются с истинными хозяевами планеты. Если же не получится, в ее утробе прибавится костей и неупокоенных духов. Тогда тысяч через пять больших циклов можно будет заявиться самому и уже не просить, а требовать, разговаривая с позиции силы. Даже великие духи прислушаются к его словам, когда в космосе зависнет с десяток планетарных деструкторов, прикрытых большим кругом владеющих силой, готовые сжечь парочку континентов, если на тех не найдется места для пассажиров кораблей…
Но сейчас нет, ответ нанятого шамана, послужившего посредником в переговорах, однозначен. Жаль. Значит, Радужный утес и Безмолвный лес придется размещать на Беренхеле. Впрочем, может, оно и к лучшему теперь. Архипелаг Змеиный, полученный в качестве награды за добытые Скрижали, станет притяжением сил и местом паломничества для всех, в ком течет кровь Великой матери и ее детей — Сета и Сеттис. Как странно, его руками и за столь короткий срок судьба вернула его народу то, что они считали утраченным навсегда. Тысячи лет поисков, бесчисленное число смертей не привели ни к чему. Сама надежда истаяла как дым, ибо даже она должна иметь под собой хоть какую-то основу. Раз удалось это, значит, удастся свершить и все остальное…
Мечты о величии и власти словно сладкий сон обволакивали его, и наг позволил себе прикрыть глаза, на миг представив себе ее: свою звездную империю, раскинувшуюся от неба до неба, суровую, но справедливую, милостивую ко всем ее гражданам и беспощадную к врагам. Свой небесный дворец, подобный небольшой планете, в котором он будет путешествовать по мирам империи, и радостные крики миллионов подданных, приветствующих его. Мириады лиц у подножия его трона… Внезапно они начали складываться в одно, а бесконечное море глаз слилось в пару вертикальных зрачков, что начала заполнять собой все…
— Я не звал тебя в свой сон, — спокойно произнес наг. — В нем у тебя нет власти надо мной. Покинь его, кто бы ты ни был, или тебя ждет кара.
— Дитя, мы слишком долго ждали, когда ты придешь к нам, и, не дождавшись, явились сами, — голос звучал отовсюду: снаружи и изнутри, снизу и сверху, кружа и обволакивая. — Мы проникли в твои сны через кровь, связующую нас, мы больше не могли ждать, когда ты вступишь в стены храма, чтобы услышать наш голос.
В пустоте вокруг него появилась еще одна пара глаз, взирающая с небес.
— Кто Вы? — прошептал он, страшась услышать ответ.
— Ты знаешшшшь.
Понимание пришло сразу, из самой сути его естества. Это могли быть лишь ОНИ. Сет и Сеттис взирали на него из пустоты, в которой он парил словно крохотная пушинка.
Нервная дрожь пробежала по его телу, когда он понял, с кем сейчас говорит. Голова склонилась в поклоне, рука коснулась груди.
— Владыки, мой путь — меч, а не служение и молитвы. Смерть и боль — дары, что я возлагаю на ваши алтари, каждый раз поднимая оружие. Прошу, скажите мне, чем я заслужил милость предстать перед вами.
— Нельзя начать новое, не завершив старое, долг должен быть оплачен, а обещание исполнено. Пророчество осуществлено, корона найдена, и тому, кто спустился в Бездну, чтобы ее найти, положена Награда. Исполнение всего, о чем он захочет попросить.