Но главным заданием А. А. Расплетина в то время и его особым интересом были радиолокаторы на истребителях-перехватчиках, радиоэлектронное противодействие им и средства воздушной навигации. В Цоссене Расплетин обратил внимание на истребитель с антенной явно метрового диапазона.
Там он познакомился с самолетным радиолокатором СН-2, изготовленным фирмой «Телефункен» на базе аппаратуры «Лихтенштейн» в начале 1943 года. В результате их перехода в диапазон 90 мегагерц (казалось бы, хуже, чем у «Лихтенштейна», — 490 мегагерц) средств противодействия СН-2 у союзников не оказалось. РЛ СН-2 запустили в серийное производство, а к октябрю 1943 года им оборудовали истребители-перехватчики. Дальность действия СН-2 была от 400 до 6400 метров. Еще больший интерес у Расплетина вызвала аппаратура «Фленсбург», позволявшая истребителям засекать бомбардировщики противника по работе станции защиты задней полусферы бомбардировщика. К осени 1943 года на немецких истребителях появилась и аппаратура для обнаружения работающих радиолокационных бомбовых прицелов на самолетах союзников. Расплетин при проектировании своей станции защиты хвоста самолета предусмотрел возможность возникновения ситуации, с которой столкнулись англичане, и предложил ряд конструкторских решений, при помощи которых можно было избежать пеленгации бомбардировщика локатором истребителя-перехватчика при работающей РЛС защиты хвоста.
Особый интерес представляли приборы опознавания «свой — чужой» самолетов и кораблей — станции FuG-25 и FuG-25A.
Увиденное в Германии подтвердило высказанные ранее мысли Александра Андреевича о комплексном использовании пассивных и активных помех и позволило узнать много нового в их применении. Немецких ученых и конструкторов занимала проблема, как локализовать пассивные помехи, фактически полностью выводившие из строя локаторы наведения люфтваффе. Картина «войны в эфире» была действительно захватывающей. И игра шла не в одни ворота: были удачи и провалы у англичан, были взлеты и падения у немцев. В частности, выяснилось, что против немецких бомбардировщиков (для подавления радиолокационных прицелов) использовались снаряды зенитной артиллерии, снаряженные дипольными отражателями.
Еще Расплетина весьма интересовало, как немцы решали проблему сопровождения наземных целей. Дело в том, что перед поездкой в Берлин у Расплетина была предварительная беседа с работником Главного артиллерийского управления майором Н. Н. Алексеевым о возможности разработки и изготовления такой станции. Хотя предположение было интересное, но, резонно опасаясь, что отражения от местных предметов скроют от операторов цели, Расплетин не сказал тогда ни да, ни нет. Но надежды найти что-либо по этой задаче в Германии не оправдались. Однако в материалах германской Особой комиссии по радиолокации нашлись сведения о первых попытках создания аппаратуры для наблюдения танков на поле боя. Работать эта аппаратура должна была на длине волны 3 сантиметра и даже 9 миллиметров.
В сентябре 1945 года в Берлин по поручению Г. М. Маленкова приехал А. И. Берг для ознакомления с ходом работ комиссии А. И. Шокина. Возможность выехать за границу появилась у А. И. Берга через 10 лет (с середины 1930 года).
Увиденные в комиссии материалы впечатлили А. И. Берга многоплановостью и аналитичностью, особенно ему понравилось предложение А. И. Шокина об организации лабораторно-конструкторского бюро с опытным производством и А. А. Расплетина о создании при Совете по радиолокации информационного центра — Бюро новой техники (БНТ) для ознакомления советских разработчиков локационной техники с достижениями немецкой радиопромышленности, а также с действующими образцами измерительной техники.