— И зачем он таскается с этой дурацкой перевязью? спросил Ансельм; но Отто не выглядел задетым, поскольку, когда он вошел в пределы слышимости, они уже обсуждали Чарльза. — Я его видел этим утром, говорил Ансельм. — Что это с ним была за старая кошелка?
— Это его мать, сказал Макс. — Она приехала из Гранд-Рапидса, чтобы забрать его из Беллвью.
Стэнли уже отступил с измученным видом — как всегда, готовый, но неспособный уйти. Отто и Макс обменялись звуками, и Макс потянулся к журналу, угнездившемуся под мышкой перевязанной руки Отто, оставив там свернутую газету. — Только что взял, сказал Отто без особых причин, когда Макс открыл «Коллекторе Куотерли».
— Он был у тебя этим утром, когда я тебя видел, сказал Макс, поднимая глаза, чтобы улыбнуться.
— Ах да я… мы ведь уже виделись, да, тут же обескураженно ответил Отто и потянулся за сигаретой, словно к наплечной кобуре.
— Господи! Вы посмотрите, вы только посмотрите! выпалил Ансельм, поднимая журнал, который забрал у Макса. Это был большой, на щедро мелованной бумаге, полный иллюстраций, самый популярный еженедельник в стране. На странице, которую демонстрировал Ансельм, красовалась модная фотография. — Вы на нее только посмотрите! Можете представить к этому сапоги? Да кому захочется ее завалить? он скатал журнал и сунул под мышку Отто, в обмен на газету. — Тощая, плоскогрудая, никаких волос на голове и в штанах не больше, чем у десятилетнего мальчишки, вот во что они превращают женщин, эти пидоры… что за запах? Он осекся и принюхался. Посмотрел на свои ботинки, потом — на ботинки Стэнли. — Это ты наступил, Стэнли?
— Во что? беспомощно спросил он.
— Во что! Господи!., ты бы не сказал «говно», даже если бы у тебя его был полный рот. Потом он глянул и увидел, что Отто отделился от них и скребет подошвой о бордюр. Начал говорить что-то еще, но зацепился глазами за репродукцию в «Коллекторе Куотерли», который держал раскрытым Макс. Это был Веласкес, «Венера и купидон». Из губ Ансельма вырвался звук восхищения. — Господи, вот бы повесить это на стене и каждый вечер «прятать колбасу»? Девочка потянула его за руку. Он дернул назад, чуть не выронив книгу из журнала под мышкой, и раскрыл газету на передовице. Там была статья об облаве отдела нравов, и он снова выпалил, — Вы посмотрите. В городе с населением в восемь миллионов нашли полдесятка девушек, торгующих жопой, и это вдруг величайшая зачистка в истории. Меня это убивает. Вот, даже не хочу смотреть на эту чертовщину, договорил он, сунув журнал обратно под мышку перевязанной руки Отто, когда тот вернулся, что-то бормоча себе под нос.
— Мне пора, сказал Стэнли.
— Как они удружили, что вычистили бордели в Нью-Йорке, как удружили школьницам, сказал Ансельм, когда газета упала на тротуар. — Если сейчас хорошенькую девушку еще не трахнули до шестнадцати, сама виновата. Потом он развернулся к Отто, который пытался поднять брови, выпрямившись и смахивая пыль с газеты. — Хочешь в бизнес со мной и Стэнли? внезапно спросил Ансельм.
— Что-то не похоже на…
— Искусственное осеменение, продолжил Ансельм громче. — Бутлегерское. Разрекламируемся в киножурналах. Девушки! Залетите от любимой кинозвезды. Меня хватит на целые бочки, а Стэнли будет ими барыжить…
Стэнли уже попятился, глядя на девочку, которую Ансельм подтянул перед собой, размахивая ню с зонтиком. — В какой части бизнеса хочешь участвовать?
Отто что-то пробормотал, глядя на свою газету.
— Да ладно тебе. У меня есть отличные фотографии, продолжил еще возбужденней Ансельм, — отличные тела с приделанными головами кинозвезд…
— Кончай, перебил его Макс.
Ансельм повернулся к нему. — А что такое, спросил он. Пятна на его лице воспалились от ветра с севера, волосы встали дыбом. — Никогда не душил змея?
— Кончай ты, господи. Ненормальный.
— А кто нет-то, при всем… этом, сказал, задыхаясь, Ансельм, размахивая журналом так, что из него вылетела книжица. Она скользнула по тротуару и попала в канаву. — Разве безумие не лучше… всего этого?
Ансельм стоял и трясся. Потом увидел, как Стэнли наклоняется за книгой в канаве. — Брось ее! вскрикнул он. — Брось! Брось! Брось!
Стэнли замер и отошел, но не раньше, чем увидел название. Ансельм наклонился перед ним за книгой, набрав слюну и сплюнув на улицу, когда выпрямился перед Стэнли. Протер книгу о штаны, прикрыв ее при этом рукой. — Господи, пробормотал он, переводя дыхание.
Стэнли поднял руку ладонью перед собой и сделал к нему шаг.
— И хватит… хватит уже быть таким… Ансельм отступил на шаг. — Хватит быть таким, черт возьми, смиренным, сказал он, когда девочка взяла его за руку и оттянула еще на шаг. Стэнли уже взял под руку Макс.