- Так, а это у нас кто...? - Лицо его расплылось в зверской предвкушающей улыбке. - А, Шиманьски! Что это, сеньор Шиманьски, вас так долго не было?
До придурка даже не дошло, что я из другой группы, не той, у которой он ведет занятие.
- Сеньор, почему вы коверкаете мою фамилию? - спокойно произнес я. В голову пришла крамольная мысль, и я лихорадочно обдумывал возможность ее реализации. Но потом, только после основного дела!
- Шиманьски! Опоздал марш на место! - сверкнул глазами преподаватель. - А это у нас кто? - его взгляд заинтересованно прошелся по фигуре Паулы.
- Заходим! - бросил я в сторону все еще открытых створок и «гвардия» начала действовать. Быстро, слажено, дерзко. Парни и Селеста влетели внутрь и принялись подниматься к парте Адриано с разных сторон, одновременно со мной и Паулой, усиливших каждый из потоков.
- Эй, что это такое? Что здесь происходит? Отставить! - заорал Командор, причем я оценил параметры его голоса. В армии ему не было бы цены - грозно, харизматично. В иной ситуации я сам бы втянул от его рыка голову в плечи, но сейчас ситуация... Не иная.
- Сидеть! - рявкнула Паула, и метательный нож впился в верхнюю парту в десяти сантиметрах от головы одного их парней в правом конце аудитории. Судя по наглой физиономии - выродок. - И ты тоже! - Другой нож воткнулся в столешницу перед другим, в котором я опознал «интеллигента» Бенито Кампоса, нового сегодняшнего ученика. Стоит отдать тому должное, несмотря на навыки, умом парень обладал и на рожон не полез. Камера заднего обзора, которую я включил перед входом в аудиторию, показала обалдение на лице сеньора Ривейро, который уже было собрался действовать.
- Сиди не дергайся! - ткнул я пальцем в Адриано, глядя на него сквозь изображение Командора. - Мы не за тобой!
«Гвардейцы» напали слажено, чувствовалось, что опыт они сегодня приобрели. Вытащили из-за стола обидчика «Гаврилы» и потащили вниз. Адриано все же попытался кого-то из них ударить, отпихнуть, но двое парней надежно блокировали его, пока трое других скручивали цель операции. Наконец, когда дело было сделано, и все ретировались, я негромко произнес:
- Сиди, Адриано! Мы понимаем, что за всем стоишь ты, но в том избиении ты не участвовал! - Я обернулся, осмотрел аудиторию. - Запомните! Со всеми, кто подумает, что он крут и может безнаказанно гнобить кого-то, произойдет что-то нехорошее! Как с этими тремя камаррадос! Спасибо за внимание!
После чего развернулся к выходу, раздумывая, стоит ли выполнять вторую, спонтанную часть плана. И так получилось, как по нотам, зачем усложнять? Лучшее - главный враг хорошего!..
Оказалось, стоит. Командор не оставил мне выбора.
- Шиманьски, отставить! Ты что себе позволяешь, придурок? - заорал он.
- Придурок? - Я остановился и смерил его платоядным взглядом хищника. Сам напросился.
- Сеньор, до каких пор вы будете позволять себе коверкать мою фамилию?! - утробно взревел я голосом своего почти ручного дракончика, и в аудитории воцарилась тишина, в которой даже стали слышны удары за створками. - Почему вы считаете, что имеете право унижать меня? Кто вам такое право дал?
Командор позеленел.
- Шиманьски, не беси меня! Если тебя слушается это быдло из неудачников, это не значит...
- А то что будет, если взбешу? - Я угрожающе делал к нему шаг за шагом, но не спешил - напоследок хотелось выяснить кое-какие вопросы.
Его лицо сморщилось в попытке выдать связную фразу, четкую мысль, и в конце концов ему это удалось.
- Шиманьски, ты - никто! - прошипел он. - Сын русской шлюхи! И не бери на себя слишком многого!
- Какое вам дело до того, кто я и чей сын? - Я остановился в нескольких метрах, оттягивая момент апофеоза, хотя дракон протестовал ОЧЕНЬ сильно. - Кто дал вам право судить ребят; кто из них титуляр, кто выродок, кто сын шлюхи? Кто достоин презрения, а кого нужно облизывать?
Молчание. Я усмехнулся.
- Никто. Вы просто в тренде, сеньор Ривейро. Презираете тех, кого общество по тем или иным причинам пытается презирать, или просто недолюбливает, не утруждая себя необходимостью разобраться в причинах презрения. Просто потому, что вам нужно кого-то презирать. Просто потому, что тогда вы сами себе будете казаться значимее. Вы - ничтожество, сеньор Ривейро, достойное презрения, и потому ищете кого-то более слабого, беззащитного и более презираемого.
- Шиманьски!..
Он хотел сказать что-то еще, но я не дал. Дракон сорвался.
- ...Я же сказал, я не позволю коверкать свою фамилию! - ревел я, избивая его ногами. Как я атаковал, как свалил его на пол - не помню, но сейчас получал несказанное удовольствие. Пожалуй, все мои перипетии, все пройденные страдания последнего года стоили такого возвращения. - Меня зовут ШИ-МА-НОВ-СКИЙ! - ревел я. Наконец, остановился. - И если вы будете и дальше издеваться над учениками, я вам не завидую, сеньор Ривейра!