Киф помнил.
Но он был уверен, что его мозг взорвется, если ему придется вспоминать о своих недолгих попытках проникнуть к Невидимкам с парнем, который однажды пытался завербовать его по-настоящему.
— Итак… куда направляемся? — спросил Альвар.
Киф пожал плечами.
— Это ты мне скажи. Это была твоя идея.
— Отлично. Тогда, думаю, мы прогуляемся вон туда, — он указал в сторону парка, — и посмотрим, сможем ли мы найти кого-то, у кого можно было бы спросить совета по ресторанам.
Это не заняло много времени.
Люди в Австралии показались очень дружелюбными… и все они единодушно порекомендовали посетить близлежащее кафе, где весь день подают завтрак.
— Признайся, — сказал Альвар, когда официантка поставила перед ним огромную тарелку с пикелетами, посыпанными ягодами и политыми медом. — Я — гений.
— Я бы не стал заходить так далеко. — Киф ткнул пальцем в зеленую кашу, размазанную по хлебу.
— Эй, я же просил тебя отказаться от тостов с авокадо. Человеческие продукты никогда не будут вкусными, если ты привык к гномьей пище.
— Ты можешь говорить потише? — прошептал Киф, оглядываясь через плечо, чтобы посмотреть, не слышит ли их кто-нибудь из других посетителей. — Здесь нельзя говорить о гномах!
— Почему бы и нет? В меню этого заведения есть десерт под названием «буррито из фейри флосс».
Ладно, возможно, это было справедливое замечание.
Кифу уже порядком надоело, что Альвар угощает его такими блюдами.
— Давай, попробуй вместо этого пикелет, — сказал Альвар, пододвигая свою тарелку к Кифу. — Ты же знаешь, что хочешь.
Кифа так и подмывало возразить, но…
Он схватил вилку и отрезал себе огромный кусок, а затем сразу же подцепил еще, потому что, ого, эти блюда были вкусными.
— Видишь? — сказал Альвар. — Я же говорил тебе, что я — гений. И перед отъездом мы обязательно закажем одно из этих волшебных буррито.
— Они очень сладкие, — предупредила официантка, подходя, чтобы налить им воды, которая, к сожалению, в Австралии была ничуть не вкуснее. — Если вы думаете о десерте, то обязательно попробуйте нашу «Павлову». Безе тает, как облачко.
— Звучит заманчиво, мы возьмем два, — сказал ей Альвар. — И буррито «фейри» на гарнир.
Она рассмеялась.
— Грядет большая сахарная лихорадка.
Через несколько минут она принесла им два пышных белых шарика с хрустящей корочкой, покрытых свежими фруктами и кремом, и ярко-розовый, пушистый на вид тюбик с радужным завитком в центре и посыпанный блестками и посыпкой.
— Каков ваш вердикт? — спросила она после того, как они попробовали все, что можно.
— Вы были правы, — сказал ей Альвар. — Буррито «фейри» слишком сладкое.
— Да, даже мои дети могут съесть всего несколько кусочков, — согласилась она, — но они все равно настаивают на том, чтобы заказать это блюдо из-за блесток.
— Перед блестками бывает довольно трудно устоять, — сказал Киф, жалея, что рядом нет Ро, которая закатила бы глаза, глядя на него.
Ему стало интересно, болтается ли она все еще с Фостер в Городах Блесток — так она любила называть Затерянные города — или вернулась в Равагог.
— С вами все в порядке? — спросила официантка, изучая его глазами, которые были более голубыми, чем у большинства эльфов. — Что-то не так с «Павловой»?
— Нет, это потрясающе, — заверил ее Киф, откусывая еще кусочек, чтобы доказать это. — Правда похоже на то, как если бы я ел облако.
Возможно, это был лучший десерт, который он пробовал в Стране людей, что было смелым заявлением.
Официантка улыбнулась.
— Этим мы и знамениты. Дайте мне знать, если я смогу предложить вам что-нибудь еще.
— На самом деле, — сказал Альвар, когда она повернулась, чтобы уйти, — может быть, вы поможете нам решить, куда пойти, когда мы закончим здесь. Я пытаюсь найти что-нибудь, чтобы развеселить моего угрюмого друга…
— Я не угрюмый! — настаивал Киф.
— Он действительно такой, — возразил Альвар. — И я надеюсь, что у вас может быть несколько хороших предложений.
— Ну, — медленно произнесла официантка, — очевидно, здесь есть все, что по-настоящему привлекает туристов, например, оперный театр или переправа Мэнли.
— Никаких лодок, — вмешался Киф. — Это заставит бы меня надуться и испачкать туфли Павловой.
— Мы определенно этого не хотим. — Она протянула руку и накрутила кончик своего темного хвостика. — Как вы относитесь к милым животным?