– Когда отомстите?
– Это не месть! Это правосудие!
– Вы убили ребенка, ни в чем не повинного перед вами.
– Я убил последнюю гниду в их роду! Я сделал то, что должен был. Теперь мой род мог бы гордиться мной.
– Гордиться убийцей? Не думаю, что этого желала ваша мать…
– Не ты ли, деточка, желала суровой казни? Не ты ли была так смела, что хотела совершить ее буквально своими руками?
– Я и теперь считаю, что вы такой же убийца, только более жалкий. Вы живете прошлым, мерзким, но прошлым, вы тронули того, кто не принес этому миру ничего плохого. Вы больны и окончательно сдвинуты на своей легенде.
Чаша его терпения была переполнена. По всей видимости, в нем тлела надежда на мое понимание, но ничего более жалости и отвращения я испытывать не могла.
– Что ж, считай, как считаешь. Однако, это лирика. Мы увлеклись, а меж тем, ты знаешь достаточно, чтобы пойти с этим, куда не следует. Так что, проще тебе переселиться в мир иной, чем мне на нары в моем-то возрасте. Прощай, деточка!
Нож снова приблизился к моей шее, сверкнув и ослепив меня на мгновение. Я попыталась закричать. Оставалось какое-то ничтожное мгновение до моего конца, как вдруг… я проснулась. Проснулась в своей комнате. Утренний теплый свет касался моей кровати и одеяла, что уже почти сползло на пол. Тишина заполняла все пространство и лишь с улицы едва доносился звон маленьких городских пташек. По лбу стекал пот от пережитого потрясения. Неужели я спала? Неужели все это лишь ночные бредни моего воображения? Я прощупала одеяло, схватилась за голову, она жутко болела. Это было так реалистично, что не давало мне покоя еще несколько минут. Часто ли вы находитесь на волосок от смерти во сне? Часто ли вам снится хроника, которая вполне могла бы быть явью? Часто ли вы ощущаете себя звеном реальной истории, которую невозможно забыть?