Спокойствие и безмятежность тут же исчезли с лица главаря троицы. Взгляд его стал острым, тяжёлым.
– Скейтбординг – это жизнь. Тебе, тётечка, этого не понять.
– Тётечка?! – возмущённо пропищала Лиса. – Да мне всего девятнадцать!
– А мы о чём? – насмешливо хмыкнул Максим, наконец-то устроившись на перилах. – Тётечка!
– Ах вы... мелкие, – раздражённо прошипела Лиса и пригрозила пальцем. – Чтоб по перилам больше не катались.
Главарь мальчишек посмотрел на Лису, точно на несмышлёное дитя, которое в сотый раз задаёт очевидные вопросы.
– Мы не можем, – устало пояснил он. – У нас турнир.
– Да что такого в этом турнире?
На лицах школьников тотчас проскользнуло напряжение – такое, какое бывает у людей, которые отчаянно пытаются скрыть какую-то тайну.
– Мы не можем говорить о турнире с посторонними.
Стоило главарю ответить на вопрос Лисы, как ровно в то же мгновение Макс энергично всплеснул руками и восхищённо пропищал:
– Пять миллионов рублей! Куча спонсорских предложений. И тысячи подписчиков!
– Макс!
Главарь злобно взглянул на друга, из-за чего тот заметно стушевался и поник.
Подобная реакция и небылицы, сказанные школьником, повеселили Лису. Она хрипло рассмеялась, прикрывая рот ладонью.
– Пять миллионов? – сквозь смех проговорила девушка. – За покатушки на скейте? Так и поверила!
Буддийское спокойствие главаря с каждым словом Лисы стремительно перетекало в раздражение.
Мальчишка больше не казался расслабленным – он выглядел, как нахохлившийся воробей, готовый вот-вот наброситься на противника.
– Если бы вы увидели турнир своими глазами, то никогда бы так не сказали. Это очень серьёзные гонки без правил. Половина участников после каждой гонки оказывается в больнице, а другой половине приходится делать всё возможное и невозможное, чтобы войти хотя бы в десятку лучших участников. Это ни капли не похоже на покатушки.
Лиса вновь хрипло рассмеялась, тем самым раздражая мальчишку ещё больше.
– Как обычное катание на скейте можно превратить в серьёзную, травмоопасную гонку? Это даже звучит нелепо!
– Это ваши претензии звучат нелепо, а вот турнир – ещё как серьезный. Победить в нем сложней, чем в Олимпиаде. Участникам приходится продумывать каждый шаг в гонке, искать способ, как убрать конкурентов и при этом не оказаться в больнице. Но и это не гарантирует победу, потому что конкуренция бешенная. Таких, как ты, там сотни. И каждый хочет победить. Каждый готов ради победы разорвать противника в клочья. Понимаете, тётечка? Там происходит настоящее мясо, и никому до конца не понятно, кто именно победит. Ведь всего одно неудачное падение может вывести из гонки самого топового участника.
Каким бы серьезным ни звучал мальчишка, Лиса не верила его словам и была уверена, что подросток всего лишь преувеличивает сложность незначительного турнира.
Оттого девушка весело хмыкнула и насмешливо протянула:
– Конечно-конечно. Ваш турнир о-о-очень опасный, и в нем не победит любой пятилетка.
– Знаете что? – вспыхнул от злости главарь и достал из-под телефонного чехла какую-то бумажку. – Раз вы считаете турнир таким плёвым, то попытайтесь пройти первый этап. Вот вам пропуск.
Лиса рефлекторно приняла небольшой флаер из плотного чёрного картона и бегло осмотрела его.
На лицевой стороне флаера по центру располагался логотип – отломанная верхняя часть синего скейтборда с глазами-колёсиками. Чуть выше логотипа полукругом была нарисована фраза «СНС турнир».
На обратной стороне находилось больше информации: порядковый номер участника, наименование трассы, дата проведения и адрес.
И больше ничего особенного.
– Ну и зачем он мне? – хмыкнула Лиса с пренебрежительным видом. – Делать мне нечего, как участвовать в этом.
– Тогда, получается, вы типичная пустозвонка. Говорите, что турнир – это покатушки для пятилеток, но сами не хотите доказывать это. Или... подождите... вы боитесь проиграть нам?
Намеренно провоцируя Лису, главарь троицы наигранно удивился всё с тем же раздражающим ехидством во взгляде.