В его комнате царил благородный полумрак вперемешку с готической атмосферой. Как и полагается по канону комнатам чёрных магов.
Пахло кожей, кофе, дорогим парфюмом. Беглым взглядом удалось зацепиться за огромную кровать с резным изголовьем из тёмного дерева, где розы и шипы соседствовали с клыкастой, то ли змеёй, то ли драконом. С того места, где я сейчас стояла, точно не разобрать. На окнах – коричневые с золотом шторы. Платяной шкаф выглядел массивным и винтажно-дорогим. Под стать ему было и большое, в полный человеческий рост, зеркало.
К нему кузен меня и подтащил. С помощью воздушной магии (легко, не напрягаясь, походя) призвал из шкафа длинный, в пол, чёрный плащ с капюшоном. Его он набросил мне на голову так, что я почти полностью в нём утонула.
– Не нужно, чтобы видели твоё лицо, – пояснил он свои действия, – когда ты будешь брать зелье.
– Я буду брать зелье?!
– Ты. Идём.
– Почему – я
– По дороге объясню.
По дороге, так по дороге. Назвался грибком – прыгай в корзинку. Какой смысл теперь упираться и терять на этом время, если в душе я знаю, что всё равно пойду за Адейром?
Легко коснувшись зеркальной поверхности кончиками пальцев, кузен прошептал заклинание и стекло в миг утратило свою твёрдость. Наше отражение расплылось, как это обычно бывает, когда смотришься в воду, а кто-то сзади бросит в твоё отражение камешек.
Я и ахнуть не успела, как мы оказались на улице, под сводом каменной арки.
Слева друг к другу вплотную подходили какие-то постройки; справа простирался обширный, мрачный, грязный, заросший высокой, успевшей к этому времени высохнуть, травой, газон. Колорит ощущался какой-то… средневековый. Редкие прохожие в странных, непривычных мне, одеждах, пряча лица, робко жались к стенам.
– Слушай внимательно, – наставлял меня Адейр. – Войдёшь в лавку и попросишь у аптекаря «Сыворотку правды». Если спросит, зачем, не отвечай ничего, просто протяни деньги. Когда будешь покупать, постарайся, чтобы твоего лица он не разглядел.
– «Сыворотку правды»? Это зелье законно? Что в нём такого?
– Да ничего особенного или запрещённого, просто его обычно используют при допросах в Департаменте Расследования. Тот, кто выпьет, волей-неволей вынужден говорить правду, что, собственно, из самого названия понятно. Я бы мог и сам его изготовить, но ведь тут могут остаться сомнения, правда? А так – не мог же я заранее догадаться, куда нас разговор с тобой заведет?
– Послушай, это не опасно? Ты, вообще-то, только что из тюрьмы, я на подозрении, и вот мы снова идём бог знает куда?
– Опасно – не опасно, – отмахнулся Адейр. – Я хочу раз и навсегда закрыть эту тему, чтобы больше к ней не возвращаться. Ты хочешь знать правду? Предлагаю тебе способ, как вариант. У всего своя цена.
Я вздохнула, понимая, что он прав – да, я хочу знать правду. Раз и навсегда. Чтобы призрак Ирла не стоял между нами. Других – более, чем достаточно.
Здание, к которому подвёл меня Адейр, было низкое, в два этажа и какое-то подслеповатое. Витрины спрятались за глухими чёрными шторами. Ничем не примечательная вывеска, гласившая банальное «Аптека» тускло вспыхивало из-под защитного колпака.
– Внутрь иди одна, я подожду тебя здесь – не хочу лишний раз светиться. Меня-то старый хрыч по любому узнает, – недовольно фыркнул кузен и запустил руки в карманы куртки. – Вот, возьми деньги, – и он протянул мне увесистый кошелёк.
Поднимаясь по влажным от моросящего дождя ступенькам, я старалась унять дрожь. Стоило толкнуть дверь, как мягко, призывно затренькал колокольчик.
Помещение было небольшим, квадратным. Внутри оказалось тепло и пахло сухими травами и медикаментами: запахами, витающими в большинстве аптек, разница заключалась в том, что здесь они ощущались острее.
За стойкой стоял, позёвывая, плотный краснолицый мужчина. При виде меня он выпрямился сначала, а потом слегка поклонился:
– Добрый день, мисс. Добро пожаловать! Чем могу быть полезен?
– Мне нужна «Сыворотка правды». Сказали, я могу приобрести её здесь.
– Простите?
– Мне сказали, что за определённую цену я могу приобрести у вас этот ценный препарат.
– За определённую цену, дамочка, приобрести можно всё, что угодно.
С обезоруживающей (как мне казалось) улыбкой я извлекла из кошелька немалую, как мне казалось, сумму, и положила банкноты перед аптекарем. Он смерил их взглядом и выразительно приподнял бровь.