14.
Меня разбудил свет, утренний слабый свет, проникающий через жаллюзи на окне. Я огляделся и с ужасом увидел, что рядом со мной лежит Аля. Её чёрные волосы змеями были разбросаны по подушке. Некоторые пряди лежали на мне. Я с содроганием неприязни осторожно встал и тихо вышел из спальни. Окончательно опомнился я только тогда, когда приехал домой. Свежий воздух отрезвил меня и разбудил, привёл сознание в состояние чёткого осознанного мышления.
Я встал под холодный душ, потом накинул халат и сел в удобное кресло.
- Как могло со мной случиться такое? - размышлял я.- А что собственно случилось?
Я прикрыл глаза и стал вспоминать. Картина воспроизвелась относительно чётко. Я вспомнил, как увидел Тину, а, догнав её, оказалось, что это была Аля. Потом хорошо вспомнил, как мы пришли к Але домой. Потом мы кушали, пили, она много говорила. Было тепло, уютно, вкусно, тихо. Горели свечи. Играла музыка. Когда я хотел уже уходить, она вдруг сказала:- называй меня Тина. После этого я целовал Тину. Да-да это была Тина. Мне припомнилось даже ощущение моей руки, когда я взьерошил ей волосы. Это были короткие шелковые волосы, кудряшками путающиеся между пальцев. Тинины волосы. Потом я провалился, видимо, заснул. А когда я проснулся...
Я решил, что просто очень устал. Потом выпил, ну и привиделось. Мне было очень неприятно, что я спал с Алей. Хотя я совсем не помнил её тела, оставалось твёрдое ощущение, что я обнимал Тину. И если бы утром я не увидиле Алю рядом с собой, то вообще не был бы уверен, что со мной произошло.
Днём я постарался уйти в работу. Весь день, как судорожный, звонил телефон. У меня уже болело ухо, натёртое трубкой. К сдаче готовилось сразу два обьекта и мне приходилось постоянно быть на связи.
- Да, слышу, - орал я в трубку,- ждите, сейчас привезут.
- Нет, грузовик ещё не пришёл. Ну, можно не психовать заранее? В конце концов? - кричал я в другой аппарат почти одновременно.
- Посадил всех себе на голову, - сказал мне Семён, мой помощник, - это ж надо, обнаглели совсем. Тебе напрямую звонят по таким пустякам. Скоро совсем упадёшь.
Семён уговорил меня сходить в кафе, выпить по чашке кофе и перекусить. Я попросил секретаршу записывать звонящих и мы вышли.
День уже подходил к концу, я чувствовал сильную усталость, тошноту и головокружение. Ночное приключение почти улетучилось из головы, выбитое дневными заботами.
Когда мы вернулись назад, Галочка положила на стол листок с фамилиями звонивших.
- Сидоров, просто из себя выходит. Позвоните ему обязательно. И этот, Филимонов. У него опять там что-то случилось. Им в первую очередь.
Я стал просматривать листок, автоматически уже набирая номер Сидорова. Галочка была уже в дверях, но вдруг повернулась и сказала:
- Да, Вадим, ещё звонила женщина.
Я вздрогнул. Рука замерла прямо на кнопках телефона. Я почувствовал, как спина напряглась, а ладонь стала мокрой. Неприятная холодная струйка потекла по ладошке и затекла под рукав рубашки. Я отдёрнул руку, брезгливо вытерев её о брюки.
- Женщина просила передать, что звонила Тина. Она будет ждать Вас сегодня в семь вечера около памятника Пушкину.
Галочка говорила тихо, медленно, задумчиво, как во сне. Мы смотрели друг на друга, оба будто завороженные этой новостью.
В семь я стоял около памятника. Я увидел, как ко мне направляется Аля.
- Привет, Вадим!,- сказала она. - Какого черта, ты свалил утром? Просыпаюсь, тебя нет. Хорошо, вещи все на месте. - Аля засмеялась. - Потом пускай малознакомых мужчин в дом.
Она взяла меня под руку и мы пошли. Я не мог произнести не слова. Снова не понимал, что происходит. Аля вела меня куда-то, а я даже не сопротивлялся. Не пытался даже что-то возразить.
От памятника Пушкина до её дома было не больше пяти минут. И я не заметил, как мы оказались в её квартире.
Аля толкнула меня в грудь, и я не устоял - плюхнулся в кресло. Она села на ручку и одной рукой обняла меня, другой стала гладить по груди, пытаясь просунуть пальцы под рубашку.
Я почувствовал, как быстро стал отключаться, и, отодвинув её руку от себя, сказал:
- Не надо, Аля.
- Мы же вроде договорились, - сказала Аля, тут же, не сопротивляясь, встав с кресла, - называй меня Тина.
Она прошла за барную стойку и стала наливать вино в высокие бокалы.
- Почему Тина?- спросил я, встав и направившись к выходу.
- Ну, моё полное имя Алевтина. Ты, что не знаешь, разве? Все зовут Аля. Коротко и современно. Но я хочу, чтобы ты называл меня Тиной. Так звала меня только мама.