- Говорила что-то, но... может, это ты на время снимаешь или живёшь у кого-то...
И тут я вспомнил, что Тина до сих пор и сама не знает, что квартира эта моя собственная. Её, видимо, не волновали такие мелочи.
- Нет, квартира у меня есть и я хотел бы попросить у вас разрешения, чтобы Валя перешла ко мне жить сразу, не дожидаясь пока мы поженимся.
- Да пусть переходит,- согласился вдруг отец быстро. - Только сначала свадьба, потом Валька. Как у Ильфа и Петрова. Утром деньги, вечером - стулья. Так и у нас. Завтра свадьба, послезавтра Валька.
Я было уже хотел что-то возразить, но Тина сказала
- Пап, ну, что ты говоришь? Вадим подумает, что ты старообрядческий какой-то.
- Да шучу-шучу,- сказал Сергей Иванович, - Мы, Вадим, просто на этой неделе, как я машину подпишу, едем в отпуск к моим родителям в деревню. А вернёмся, как раз и день регистрации подойдёт. Так что так и выйдет - сначала свадьба, а потом... по старообрядчески. Как Валька сказала.
- А теперь один действительно серьёзный вопрос.- сказал Сергей Иванович, сделав важное лицо. Все посмотрели на него в ожидании. После небольшой паузы он спросил - Ты Вальку одну берёшь или... с котом?
8.
На следующий день мы подали заявление в загс. И Тина осталась у меня ночевать.
- Димчик, если бы ты знал, как я счастлива! - сказала она утром, потягиваясь.
- Почему Димчик? - удивился я. В голове промелькнуло, что она оговорилась, вспоминая другого мужчину.
- Потому что Вадимчик, это Димчик. Я хочу называть тебя так, как никто не додумается. Если ты не против, конечно.
- Как хочешь - хоть горшком назови, только в печку не ставь,- ответил я.
- Горшком не хочу. Ты Димчиком будешь. Для меня. Больше никому не говори. Это наша тайна.
Я обнял её и утонул.
Через пару дней меня пригласили на веселье по поводу обмывания машины. Утром Тина должна была уехать с родителями на Украину к бабушке и дедушке.
Лишь только я нажал на кнопку звонка, как дверь открылась и на пороге я увидел Сергея Ивановича. Он был возбуждён и, размахивая руками, буквально вытолкнул меня назад в подьезд.
- Пошли, Вадим, покажу своего коня.
Он пошел быстрыми шагами, увлекая меня за собой. На улице, у самого подьезда стояли старые "Жигули".
- Ну, красавец!- восхищался Сергей Иванович,- скажи, Вадим, как ты думаешь сколько ему лет?
- Кому? - переспросил я, действительно не поняв, о чем он говорит.
- Фу-ты, кому? Жигулю моему!- воскликнул Тинин папа.
- А-аа..- тянул я время, прикидывая возраст этой развалюхи. Я стал размышлять про себя - Ну, судя по ржавчине, которая сожрала все подкрылки, машине уже под двадцать должно быть, но у нас ржавеют быстрее, чем положено. Будем считать, что ей лет пятнадцать. - Я оценивал возраст машины, желая не обидеть владельца. Ситуация не из лёгких, как, когда какая-нибудь престарелая женщина начинает, кокетничая, допытываться на сколько она выглядит. И ты думаешь, что ей уже должно быть, судя по глубоким морщинам на шее, лет шестьдесят, но, раз спрашивает, то, видимо выглядит лучше своих лет и... набравшись воздуха в лёгкие, прикинув сколько по максимуму ей скинуть, чтобы не попасть в просак, выпаливаешь - не больше пятидесяти. На что дама, закатывая глаза, заходится весёлым смехом и заявляет - проказник, почти угадал. Мне пятьдесят один уже. Но никто больше пятидесяти не даёт.
- Ну, около десяти - решился я наконец, желая сделать приятное Сергею Ивановичу.
- Ха, вот видишь. Ей уже четырнадцать! - радостно воскликнул Тинин отец - Но никто и не подумает. Машина из гаража не выходила почти. Глянь-ка, ржавчины почти нет. А внутри салон, вообще будто только из магазина. Потому что хозяин у машины был хороший. Берёг, лелеял. Я тоже такой же. Так что ещё лет десять побегает.
Я не разделял такого оптимизма. И вообще у меня возникли опасения, как они поедут на этой машине на Украину. Но спросить постеснялся.
- Тина, может, предложить отцу мою машину? Пусть поедет. А я пока с Борисом, на служебной поезжу. А то Борису зарплату плачу, а он сидит только с секретаршами заигрывает. Я ведь не люблю, чтобы меня возили. Сам всегда.
- Ты что? он не согласится. Папа своего Жигуля, знаешь, как облизывает. Мама уже ревновать начала. Не, папа не согласится.
- А если вы поламаетесь в дороге?
- Димчик, папа всё-таки инженер-электрик, а не учитель литературы. Починит.
- Инженер-электрик - это, конечно, лучше, чем учитель литературы. Даже лучше, чем учитель физики. Я так думаю. Но... Этому Жигулю, боюсь, даже доктор автослесарных наук не поможет, если он встанет.
- Не волнуйся, Димчик. - успокаивала меня Тина,- ничего не будет. Папа с дядей Сашей вчера весь день перебирали мотор. Я думала, что они назад всё не засунут. А засунули, ни одного винтика не осталось лишнего.