- Букв много, а лишних нет, объем нагоняем - автор деловито придвинул к ней следующий лист.
- Понятно - Галя ещё раз смерила автора взглядом и принялась читать.
«Пожилая Ася»
TuЯgenev3000:
Хай, зацени, после вчерашнего написал
9I_0$uI7:
Бонжур, засылай
TuЯgenev3000:
По двух полосной тропе закрепив состояние сознания, смертельно убитый убийца окончательно умер, словно бедная Вера посреди храма. Виновный садовник, не успевая за рифмованным танцем событий, споткнулся об отрезанные груди на фарфоровом блюде. Внутри стальной посуды уже давно перемешались в кучу кони, люди. Ничего странного, а тем более удивительного в этом нет. Четвертый десяток лет, в сердце гранит тайну хранит, как под взоры недружелюбной дружины, танцующий Будда распространяет иврит. Его воспевали кружащие по аду бородатые дервиши. Местный псарь рассказывал, как неутомимо они крестились, вычерчивая сюжетные координаты пространств. Там одиноко бродил пастушок. Все заблудшие овцы ему улыбались, он ведал один как искупить их грешок. Под самый корешок кривыми ножами жрецы вырезали у младенцев совесть. Деревья кольцами слагали об этом повесть, дремучими тенями загребая временную волну. Убрав цвета, слышно тишину. Так спят древние на вершинах своих зиккуратов. Из костылей колыбели выбрался новый Фрейд, маратель трактатов. Под шепот порошка вожделений самозваный мудрец, начало всех начал замкнул на конец. Заполыхал пророчества венец. Оливковый, словно колхоз, перерабатывающий лавр в малиновый каматоз. Черно-белый клон, трёхкомнатный слон. Включен гипноз в часовых поясах, летаргический сон.
9I_0$uI7:
Не пиши сюда больше.
Не смотря на бурную молодость, редактор Галя, по сугубо профессиональным мотивам, категорически не приемлила любым психонавтским и девиантным закидонам в проверяемых ею текстах. Стремительно вскинув голову, она вознамерилась решительно высказаться по поводу прочитанного. Но поймав на себе трепещущий, как у голодного вампира взгляд автора, она моментально смутилась. В этот миг её посетила давнишняя догадка, что посредствам некого метафизического акта, психическая энергия, вынимаемая из читателя ситами строк, переходит к их создателю.
Нарушив неловкую паузу, автор торжественно объявил:
- Это я из ICQ достал, знакомому сочинил.
Всё ещё смущенная Галя озвучила первое что пришло ей в голову:
- Знакомого действительно Осип зовут, или у него что-то с голосом?
- У него такая фамилия, Осипов.
- Понятно - машинально ответила Галя.
Она хотела было ещё что-то сказать, но автор уже сунул ей в руки новый лист.
«Час кабана»
Только представь - ночь, пустыня. Среди звёздной глади неспешно дрейфует бледный диск луны. В её потустороннем сиянии пески окрашиваются тонами ультрамарина. И вот, посреди темно-синего пейзажа ночной пустыни появляется бегущая стая окровавленных свиней. В лунном свете их кровь кажется черной. Густой и черной. Они бегут в никуда из ниоткуда, слаженно, уверенно, без единого звука. Абсолютная беззвучность. От этого картина сразу представляется сверхъестественной. Вдруг происходит то, что разум уже не в силах удержать, глаза окровавленных свиней начинают светиться. В голове щелкает защитный предохранитель и разум начинает отвергать происходящее. Картина мира рассыпается, становиться тяжело дышать, и тело будто куда-то проваливается. Его швыряет и ударяет о песок. Снова и снова, вновь и вновь. Наконец бренная плоть исчезает и от тебя остается лишь внимание, свободно парящее над ночной пустыней. Все то, что когда-то было таким нужным, таким важным, разоблачено как условность и растворяется в симфонии пустоты. Абсолютно всё становиться ясным и доступным. И как только эта абсолютная ясность начинает стабильно удерживаться в фокусе внимания, наступает заветный миг озарения. Хрустально чистые небеса ясности содрогаются в громогласных раскатах пробуждения. Сверкает молния и просветление разрывает тебя, ввергая в нечто невыразимое, находящееся далеко за пределами слов...
Но вот гром смолкает и всё вокруг вновь заполняется тишиной. Ни единого звука. И от этого становиться очень хорошо. Хорошо и спокойно. Ты открываешь глаза. Вокруг ночная пустыня. Огромный, белый как кость диск луны в небе и синий песок. Ты бежишь по нему. Тебе хорошо и спокойно. Чуть покачивая окровавленными телами, рядом с тобой бегут такие же, как и ты. В полной тишине, не оглядываясь друг на друга, вы все понимаете и ваши глаза начинают светиться.
Галя аккуратно сложила рукописные листки обратно в папку и принялась созерцать герань. Она сделалась настолько отрешенной, что олицетворяла собой выражение «выйти из себя» в буквальном смысле. Заземлив на герань все лишние эмоции, Галя собрала пальцы в замок и с холодным профессионализмом произнесла: