- Ага, папенькины деньги ты любишь, а не меня. - говорю себе под нос и продолжаю наблюдать.
Минуту, вторую просто молчит, тяжело дышит и продолжает беспрерывно звонить. Потом видимо злость охватывает его он, начинает долбиться в дверь. Жму тревожную кнопку, папин офис на соседней улице, через две минуты его уже упаковывают в машину охранники из фирмы отца, а он чеканит отборные ругательства в мой адрес, “бревно в постели” скажу я вам самое приятное. На мониторе появляется Семен Петрович, начальник папиной службы безопасности. - Мария, с вами все хорошо! Вежливо уточняет он, возгласы Олега уже не слышно. Он уже сидит в тонированном микроавтобусе. И хорошо, если сидит, а то ведь может и лежать в проходе под ногами парней, что его туда затолкали. Эти парни редко бывают вежливыми с грубиянами.
Открываю дверь, чтобы он убедился, что я цела. По другому не как. Я всегда была объектом для защиты номер один, любимая папина дочка и слабость одновременно.
Быстрый профессиональный взгляд скользит по мне, — Он не заходил в дом. - говорю я.
Он кивает утвердительно, — Я вам выставлю охрану по периметру. - Не нужно, — прерываю я его. - Олег у вас, и я думаю вы сможете человеку объяснить, почему ему выгодно меня не трогать.
Легкая полуулыбка, полу усмешка, — Конечно объясним. Всего хорошего, Мария.
Легкий кивок головы. Дверь закрывается и меня накрывает, слезы душат и не останавливаются словно бесконечные реки. В памяти всплывает все время начиная от знакомства до сегодняшнего дня проведенное с Олегом, на быстрой перемотке. Его бесконечные упреки и мои попытки подстроится под него. В желании угодить папе. Он же его выбрал, сказал присмотреться он хороший! Для кого хороший?! Для меня или для инвестиции в будущее?!
А потом, а потом позвонил Лист и вот я стою под душем и собираюсь пойти с ним на премьеру. Ну а что, теперь я свободна. Отношения с Олегом особо не афишировали, папа говорил… “Для бизнеса плохо”, так что особо вопросов лишних не будет.
Выключив воду я вышла из душа, одела банный халат на мокрое тело и сдобрить свои длинные волосы несмываемым кондиционером завернула их в полотенце. В мыслях, возник грозный голос моего стилиста, что так делать нельзя, но мне так нравилось. Просто потому что это неправильно.
Мысленно я в очередной раз вернулась на этот раз в детство, где по мнению родителей все должно было быть правильно, расставлено по местам и строго с соблюдением регламента с распорядком дня. А моей творческой натуре, хотелось немного хаоса и беспорядка. Поэтому до самого моего момента отъезда из родительского дома в моей спальне стоял кукольный домик с вечным хаосом. Хотя бы там я могла дать волю своей второй натуре.
Я вытерла запотевшее стекло и посмотрела в зеркало, на меня смотрела можно сказать даже красивая девушка. Двадцати пяти лет, за последние пару лет, что прошли с момента моего возвращения из Калифорнии, где училась я в институте основанном самим Диснеем, и не без помощи конечно папы стала популярным и модным художником.
Стоило ли мне жаловаться?! Нет! У меня было многое из того о чем другие и мечтать не могли. С самооценкой были еще проблемы даже после сотни часов у психотерапевта. Внутреннюю опору нужно было достроить. Вон у Листа все просто он сейчас сидит развалившись в моем кресле и все ок.
Стук в дверь.
- Машенька! - его голос раздался из комнаты. - С тобой все хорошо?!
- Да! - ответила я и смахнула с ресницы, то ли слезу то ли просто каплю воды. Сделав глубокий вдох, я открыла дверь и вышла.
Глава 3
Встречая на пороге Листа.
- Я думал, тебя там в канализацию смыло! - с нотками возмущения в голосе проговорил он.
- А даже если б и смыло? - смотрю на него вопросительно и с вызовом.
- Мне почему-то кажется, что я бы расстроился! - говорит Влад, буравя меня взглядом.
Молча, обхожу его по периметру и открываю дверь в гардеробную. Пустая половина Олега, кое-где одиноко болтаются несколько вешалок. Потерянный носок и лиловый галстук торчащий из закрытого ящика, просто пожелавший остаться у меня.
За спиной легкий свист Листа, видимо оценившего размер бедствия произошедшего, — Завтра помощница уберется… - говорю я невпопад, то ли оправдываясь или пытаясь замять неловкую ситуацию.
- А под лестницей в мешках это и есть видимо гардероб, бывшего! - скорее констатирует, чем спрашивает Лист.