Скиннер пожал плечами:
— Трудная и сложная работа, я понимаю. Но и вы имеете дело с трудной и сложной личностью — со мной. — Он откашлялся и, преодолев боль в горле, продолжал: — Дело не в уникальности.
Мы все значительно сложнее, чем это кажется на первый взгляд, сами понимаете. Каждый человек — средоточие конфликтующих импульсов… одни подавлены, другие нет. Какая-то часть моей души всегда тянулась к природе… земле… к культивированию простой жизни… но я подавил ее еще в детстве, хотя воспоминания остались. Выделите этот аспект моей личности — вот вам и садовники, фермеры… да… да… и медицинский персонал тоже. Другая часть моего «я» до сих пор в восторге от фактов и цифр. Займитесь этим — и в вашем распоряжении экономист, который упорядочит жизнь на Эдеме. Не мне объяснять вам, что в молодости я много времени уделял научным исследованиям и изобретениям. У вас не возникнет проблем с получением скиннеров-механиков, которые будут обслуживать энергетические установки или даже управлять машинами. Горизонты мозга безграничны, доктор. Нужно только правильно использовать их, и перед вами откроется целый мир скиннеров, готовых играть роль полицейского, прораба или контролера. Воскресите эти специфические черты и наклонности, усильте их, приглушите те воспоминания, которые могут конфликтовать с ними, а остальное несложно.
— Несложно? — нахмурился доктор Тогол. — По вашему, легко промыть мозги всем?
— Всем, кроме одного, — сухо прозвучал голос Скиннера. — Один должен остаться нетронутым, его необходимо воспроизвести в точности, и он должен остаться самим собой. Этим одним буду, разумеется, я.
Седобородый ученый с брюшком долго смотрел на Скиннера, потом произнес:
— Вы не допускаете возможности какого-либо изменения в самом себе? Не хотите модифицировать некоторые черты своей индивидуальности?
— Я не идеален. Вы на это намекаете? Но доволен собой. И хочу остаться таким после осуществления нашего плана.
Доктор Тогол долго смотрел на него и, наконец, спросил:
— Вы угверждаете, что никому не доверяете. Если так, то… как вы можете доверять мне?
— Что вы имеете в виду?
— Вы умрете. От этого никуда не денешься. А вероятность вашей регенерации целиком в моих руках. Предположим, я нарушу наш договор?
Скиннер в упор взглянул на него:
— Вы реализуете все намеченное до того, как я умру. Пока я не сделаюсь совершенно беспомощным и не смогу приказывать, вы будете заниматься получением клонов под моим руководством. Уверяю вас, я горю желанием остаться в живых до тех пор, пока все клоны не будут готовы для отправки на Эдем.
— Но потом вы умрете, — настойчиво продолжал доктор Тогол. — Останется только один-единственный клон. Вы уверены, что я выполню ваши указания после вашей смерти? В моей власти использовать психологические методы и изменить этот клон. Что помешает мне превратить его в раба… и тогда я буду властелином нового мира?
— Любопытство, — спокойно ответил Скиннер. — Вы сделаете так, как я говорю, поскольку вам безумно хочется узнать, чем кончится дело, которому вы фанатично преданы. Никто не предоставит вам возможности и средства для осуществления такого эксперимента. Если он удастся, вы произведете самое сенсационное научное открытие в истории человечества. Вот почему вы не предадите меня. Осуществив один эксперимент, вы не сможете устоять перед искушением и возьметесь за следующий. В особенности, когда осознаете, что это только начало.
— Не понимаю.
— Всю жизнь я уверенно шел вперед, и вы знаете, чего я достиг.
По-моему, я самый богатый и могущественный человек во всей Вселенной. Однако я болен, но с вашей помощью встану на ноги… Буду жить вечно. Вы представляете, чего можно достичь, если не бояться болезней?.. Не испытывать страха перед смертью. С моей энергией и напором мы пойдем еще дальше… мы откроем все тайны… преодолеем все барьеры… нам будут завидовать Боги! Вы не станете манипулировать моим мозгом, ведь он — часть нашего общего проекта. Ну как, доктор?
Тогол отвел глаза в сторону, не зная, что сказать. Он прекрасно понимал — все правда.
Клонирование произошло точно так, как планировал Сивард Скиннер. Последовавший за ним проект психологического кондиционирования тоже был реализован, хотя и оказался намного сложнее, чем предполагалось.
На конечной стадии был отобран персонал из нескольких сот техников, которые прошли специальную подготовку и были разделены на психомедицинские группы. В их задачу входило выращивание клонов до полного созревания. Под контролем Тогола специалисты разработали программы блокирования памяти, создания новой индивидуальности каждого отдельного скиннера.