— Что-то происходит, — задумчиво сказала Элла.
— Кто-то пытается причинить нам вред. Я боюсь.
— Ерунда, — Джордж через силу улыбнулся. — Кроме того, мы сейчас защищены. — Чтобы подбодрить жену, он рассказал, что детектив обещал взять дом под наблюдение и прослушивать телефон. — Если кто-нибудь попытается еще пошутить, мы поймаем этого шутника, — уверенно заявил Джордж Фостер Пендлтон. — Тебе нужно отдохнуть. Между прочим, доктор Винсон сказал, что будет неплохо, если ты зайдешь к нему на прием?
— Ты все рассказал ему? — Элла села на кровати.
— Я был вынужден, дорогая. Ведь он твой врач. Он может помочь, если…
— Если что?
— Ничего.
— Джордж, посмотри на меня. — Джордж продолжал смотреть в сторону. Жена спросила: — Ты думаешь, что это я звонила? Ты это думаешь?
— Я этого никогда не говорил. Просто Торнтон утверждает, что узнал твой голос. Зачем ему лгать?
— Не знаю. Но он лжет. Он должен лгать! Я ему никогда не звонила, Джордж. Клянусь! Я никому не звонила сегодня утром. Я провалялась в постели почти до обеда. От успокоительного я стала такой сонной, что ни о чем не могла даже подумать.
Джордж молчал.
— Почему ты молчишь?
— Я верю тебе, дорогая. Попытайся хорошенько отдохнуть.
— Но я не хочу сейчас отдыхать — я не устала. Мне надо поговорить с тобой.
— Извини, мне нужно на работу — дела. Не забудь, я завтра уезжаю.
— Но ты не можешь уехать сейчас! — испуганно воскликнула Элла. — Ты не можешь оставить меня одну в такое время!
— Меня не будет только три дня. Ты же знаешь, я должен съездить в Питтсвиль и Бейкертон. В субботу вернусь, — Джордж попытался говорить веселым тоном. — Полиция будет постоянно наблюдать за домом. Так что можно не бояться воров.
— Джордж, я…
— Мы поговорим обо всем вечером. Сейчас мне надо на работу.
Когда Джордж Пендлтон выходил из спальни, Элла лежала на кровати и тихо плакала.
В конторе Джорджа Фостера Пендлтона ждал Родерик.
Остальные служащие разошлись по делам, и они с Родериком сидели одни. Родерик, как всегда, говорил очень тихо. Джордж сейчас даже был этому рад, потому что, по крайней мере, никто не услышит, что говорит Родерик.
— Значит, это был ты! увидев Родерика, вскричал Джордж.
— Кто же еще? — пожал плечами Родерик.
— Но я ведь сказал, что не хочу этого!
— Ерунда, Джордж. Ты не знаешь, чего ты на самом деле хочешь. — Родерик улыбнулся и откинулся на спинку стула. — Ты говорил с доктором Винсоном и детективом и ничего обо мне не сказал.
— Да, но…
— Неужели тебе требуются еще доказательства? Ты знал, кто все это делает, но промолчал. Ты хотел, чтобы мой план сработал. И он действует, не так ли? Я все отлично продумал.
— Как тебе удалось говорить ее голосом? — сам не зная зачем, спросил Джордж Пендлтон.
— Очень просто. Несколько раз я ей звонил. Говорил, что ошибся номером, или выдумывал что-то другое. Я хорошо запомнил, как Элла разговаривает. У нее плаксивый голос, Джордж. "Наверное, я прилягу. У меня раскалывается голова".
Сердце Пендлтона учащенно забилось, когда Родерик заговорил голосом его жены.
— Ты… ты сказал, что у тебя есть план, — прошептал он.
— Верно, — кивнул Родерик. — Кажется, ты собрался на несколько дней уехать?
— Да, завтра.
— Отлично. Я все устрою.
— Что ты собираешься делать? — спросил Джордж.
— Наверное, тебе лучше не спрашивать, Джордж. Держись от всего этого подальше. Оставь свою грязную работу мне.
— Родерик слегка наклонил голову. — Помни: "Меньше знаешь
— дольше проживешь".
Джордж сел, но сразу же вскочил.
Родерик, я хочу, чтобы ты прекратил все это! Оставь мою жену в покое, слышишь?
Родерик в ответ лишь улыбнулся.
— Ты слышал меня? — весь дрожа, повторил Пендлтон.
— Слышал. Но сейчас ты перевозбудился, Джордж, и плохо соображаешь. Не беспокойся об Элле. С ней не случится ничего плохого. О ней хорошо позаботятся там, куда она попадет. А мы будем хорошо заботиться о себе там, куда попадем мы. Лучше об этом думай, Джордж. Представь — девяносто тысяч долларов в кармане, небольшой катер и длинные лунные тропические ночи. Подумай о девочках, Джордж — о красивых, стройных девушках. Они не толстые, не ноют, не жалуются на головную боль и не запрещают прикасаться к себе. Наоборот, им нравится, когда к ним прикасаются, Джордж. Они любят, когда их ласкают, и…