— Прекрати, Джек! — закричал я. — Я не собираюсь быть подопытным кроликом для новичков. Если тебе нужен клиент для тренировок, купи манекен.
Джек меня не слышал. И кетчуп брызнул снова. Я обернулся, сжимая кулаки.
— Послушай, ты… — начал я.
Потом остановился. Официанта позади меня не было. Там, держа гамбургер дрожащими пальцами, стоял не кто иной, как Левша Фип.
— Это ты, да? — Я вздохнул.
Высокий, смуглый и угловатый мистер Фип слабо улыбнулся мне и плеснул еще кетчупа.
— Прекрати это! — предупредил я.
Фип кивнул и плюхнулся в кресло.
— Мне жаль, что я сделал это с тобой, — извинился он. — Но мои мизинцы трясутся так, что я не могу нормально выдавить кетчуп.
— Что случилось? — спросил я. — У тебя паралич?
— Это не паралич, а тряска, — объяснил Левша Фип.
— Пляска Святого Вита?
— Святого Фригтуса, быть может. — Из-под гамбургера раздался стон.
— Ты испугался? — Эта мысль казалась невероятной. Но один взгляд на это печальное лицо говорил сам за себя.
— Что-то случилось? — спросил я. — У тебя такой вид, будто ты увидел привидение.
— Не в этом дело, — сказал Фип. — Наоборот. Призрак увидел меня.
— Хватит шутить, — рассмеялся я. — Призраков не существует. Это просто старое суеверие.
— Ну, тогда ты должен увидеть старое суеверие, которое я видел пару дней назад.
— У тебя был опыт общения с призраком?
— Опыт? По сравнению с тем, через что я прошел, жизнь спиритуалиста — это просто рутина, — объявил Левша Фип. — Когда я выпутался из той истории, я пошел к своему врачу для анализа крови и узнал, что она свернулась.
— Ты, должно быть, очень испугался.
— Испугался? Мои волосы поднялись так высоко, что парикмахеру приходится стоять на стремянке, чтобы их подстричь.
У меня было странное чувство, что я услышу историю обо всем этом. Стучащие зубы не могли остановить колотящийся язык Левши Фипа. Я не ошибся.
— Слушай, — прошептал Фип. — Я расскажу о страхе.
Обхватив руками подбородок и приоткрыв дрожащие губы, Левша Фип начал рассказ.
На днях я бегу в спешке вниз по улице, потому что не хочу опаздывать на самую важную встречу в моей жизни. Я иду на свидание, чтобы утопиться. Почему я решил поступить таким образом? Ну, у меня есть пять веских причин. Первые три причины — мои бывшие жены. Четвертая причина — мой бюджет. Я на мели.
Пятая причина наихудшая из всех. Я просто получил отказ призывной комиссии из-за нескольких ошибок, которые сделал в ранней юности. Госслужащий сказал, что у меня достаточно судимостей, чтобы заполнить фонографический альбом. По той или иной причине это меня очень раздражает, потому что я хочу попасть на фронт и сражаться за свою страну, как настоящий патриот.
Но они мне отказывают. И мои жены выслеживают меня. И моя записная книжка меня достает. Поэтому я готов спуститься к реке и окунуться. Довольно скоро я подъезжаю к мосту, который выбираю, — маленькому мостику у доков, где висит светофор. Я выбрал его специально, потому что боюсь, что меня переедет машина, прежде чем я смогу совершить самоубийство.
Я долго стою и смотрю на воду. Сначала думаю, что пересмотрю свои ошибки и недостатки, но потом сдаюсь, потому что не хочу стоять там целую неделю. Поэтому я начинаю раздеваться, ведь на мне спортивный костюм, и, естественно, я не хочу промочить его, когда утоплюсь. Я снимаю пиджак, жилет, рубашку и галстук. Потом снимаю брюки и стою в шортах. Холодно, и я знаю, что должен поспешить, если не хочу замерзнуть насмерть. Вода выглядит зловещей и зеленой. Я вздрагиваю, глядя на реку, но забираюсь на перила моста и закрываю глаза. Это будет длинный, долгий прыжок вниз.
— Ну, — шепчу я. — Вот так.
И я прыгаю. Просвистев в воздухе, я стискиваю зубы, когда плюхаюсь в воду. Я лечу — вниз, вниз, вниз. Вот оно, сейчас! Вамбоооо!
Я приземляюсь. Но не на воду. А сталкиваюсь с деревом, бьющим по моей башке. На минуту я теряю сознание. Но поскольку я приземляюсь на голову, я не сильно ранен, поэтому мне удается открыть глаза. И вот я сижу после идеальной трехточечной посадки.
— Взорвите меня и вышвырните вон! — кричит мне в ухо чей-то голос. — Безбилетник!
Я моргаю и оглядываюсь. Я сижу на корточках на палубе лодки, которая проходила под мостом, как только я прыгнул. Рядом со мной стоит старый болван с белым пушком на подбородке и морщинами вместо лица. Он выглядит очень свирепо, и кричит во всю силу своих легких.
— Безбилетник! — повторяет он. — Проваливай!