— Что ты имеешь в виду?
— Ну, ты слишком бросаешься в глаза. Если я одену тебя немного и дам темные очки, ты сможешь пройти в толпе — пьяной толпе, во всяком случае. Стоит попробовать.
Сквот все это выслушивает.
— Значит, мы будем охотиться за парнем с глазами, а я разорву его на куски?
— Конечно, конечно, — соглашаюсь я, хотя не думаю, что дипломатично говорить Сквоту, что я тот самый парень, который вытащил у него глаза.
— Посмотрим, что я смогу найти, — предлагаю я.
Я вальсирую к шкафу и возвращаюсь с одеждой Фу Гроана. Повезло, что он весит все триста фунтов, но даже так приходится попотеть, чтобы напялить штаны и пальто на это бронзовое тело. При этом Сквот ерзает, не привыкший к одежде. Но в конце концов я одеваю его и обуваю. И тут мне в голову приходит еще одна блестящая идея. Я вытаскиваю стеклянные имитации и вставляю их Сквоту в глазницы.
— Теперь ты видишь? — спрашиваю я.
— Конечно, — гремит Сквот. — Довольно темно, но я вижу немного. Должно быть, это ты.
Я роюсь в ящике комода и достаю темные очки, которые надеваю поверх рубинов. Затем натыкаюсь на парик Фу Гроана. Я надеваю его на уродливый рот идола, как усы, чтобы скрыть клыки цвета слоновой кости. Это помогает. Сквот теперь похож на большого китайца. Может быть, полуслепого. Но это больше, чем я надеялся вначале.
— Вот и готово, — говорю я ему. — Теперь мы можем выйти и осмотреться. Но только помни, что говорить буду я. Куда бы мы ни пошли, держи рот на замке и делай, что тебе говорят. Мы не хотим рисковать.
— Я тебя понял, — говорит Сквот.
— Помни, — предупреждаю я. — Молчи.
Это очень хороший совет, потому что слова не успевают слететь с моих губ, как дверь внезапно открывается. Нет, это не Джек Фу Гроан возвращается с раскаянием и рубинами. В дверях стоит совершенно незнакомый человек. Или, скорее, не совсем незнакомец. Он одет как бродяга — особенно неряшливо. Сам человек худ и грязен. Но он очень мило улыбается мне и роется в кармане.
— Моя визитка, — говорит он. — О боже, я забыл свою визитную карточку.
Он больше похож на того, кто потерял доску для сэндвичей. Я ничего не говорю. Он запускает руки в карманы — они показываются из дырок — и снова улыбается.
— Это не имеет значения, — щебечет он. — Ты, наверное, знаешь, кто я. Меня зовут Джеркфинкл. Отис Джеркфинкл.
— Отис Джеркфинкл, — повторяю я. — Нет, я вас не знаю.
— Но ты же мистер Фу Гроан, не так ли?
— Да, только… — отвечаю я. — Вовсе нет.
— Жаль, — говорит этот Отис. — Я должен немедленно найти мистера Фу Гроана. Я куратор, знаете ли.
— Хорошо, — говорю я ему. — Я и сам кредитор.
Джеркфинкл смотрит на Сквота в новой одежде.
— Это случайно не мистер Фу Гроан? — спрашивает он.
— Никакого скрипучего английского, — гремит идол.
— Извини, брат, — говорю я, выталкивая Отиса из комнаты. — В другой раз.
— Это ужасно важно, — настаивает он. — Я хочу сказать вам, что я куратор, и что я…
— Ну, если ему понадобится куратор, я скажу ему, — огрызаюсь я.
И захлопываю дверь. Потом поворачиваюсь и сажусь на корточки перед Сквотом. Это требует много усилий, потому что он представляет собой удручающее зрелище с его темными очками, фальшивыми усами и бронзовой кожей, виднеющейся из концов пиджака и брюк. Хотел бы я найти способ избавиться от него. Во-первых, я не хочу всю оставшуюся жизнь нянчиться с полуслепой живой статуей. И во-вторых, если он когда-нибудь узнает, что я тот парень, который забрал его рубины, я, вероятно, проведу остаток своей жизни мертвым. Это ужасная проблема, но я должен как-то от него избавиться. Тогда меня посещает идея. Болтун Горилла! Перед вами персонаж, который может распоряжаться практически кем угодно. Он — парень, который управляет бильярдной в конце улицы. Он также курирует бутлегеров, фальшивомонетчиков, и все остальное вне закона, что вы можете вообразить.
Обычно я держусь подальше от Гориллы и его дел, потому что лично я очень законопослушен с тех пор, как получил справку из исправительной школы. Но это совершенно особый случай, и он требует человека не слишком щепетильного. Итак, Болтун Горилла — просто парень, потому что он думает, что этика — это название автомобиля, который выпускали около пятнадцати лет назад. Я решаюсь и делаю движение, чтобы присесть на корточки.
— Давай, пошли.
Идол топает по полу бронзовыми ногами.
— Успокойся, — предупреждаю я его. — Держись за меня. Помни — следуй за мной и держи рот на замке.
— Ладно-ладно, — ворчит он.