— Но я мог бы загадать два…
Их прервал голос: это был джинн.
— Тогда ты отпустишь меня, о господин?
— Я должен подумать об этом некоторое время, — сказал Коллинз. Со вздохом отчаяния он повернулся к окну. Его глаза внезапно завертелись в глазницах.
— Ну вот! — выдохнул он. — Посмотри вниз!
— В чем дело?
— Видишь этих троих мужчин?
— Ну и что?
— Это те бандиты, гориллы, которые следили за мной. Они заходят внутрь — мне нужно убираться отсюда.
— Но джинн…
— Плевать на него!
Коллинз бросился к двери. Доктор захрипел ему вслед.
— Подожди, — настаивал он. — Возьми с собой это. И удачи! — Он протянул Коллинзу коричневую бутылку и пробку. Коллинз поспешно схватил их.
— Помни, — предупредил доктор Суит. — Не позволяй им стрелять в тебя или еще что-нибудь в этом роде. Джинн сбежит через дырку.
Всхлипнув, Коллинз бросился к двери. Девушка в приемной встретила его ледяным взглядом. Потом взглянула на бутылку, которую он сжимал в руке.
— Вот как! — заключила она.
— Здесь ничего нет. Смотри! — Коллинз держал бутылку вверх дном.
— Я знаю, что это так. Ты все выпил, да?
— Ни капли, — начал Коллинз.
Но тут вмешался другой голос.
— Кто эта гурия, господин?
Эдит резко обернулась.
— Что ты сказал, Том?
— Ты хочешь, чтобы я уничтожил ее? — вежливо продолжал джинн.
— Нет, не надо. — Коллинз ответил сразу на оба возгласа. Он тихонько икнул. Это оказалось довольно тяжко.
— Том, ты болен.
Коллинз кивнул.
— Проблемы с желудком, — сказал он.
— Давай я принесу тебе немного бикарбоната, — предложила Эдит, смягчаясь.
— Нет, не надо, ему это не понравится.
— Кому бы это не понравилось?
— Ну, этой штуке внизу… внутри меня, — начал Коллинз, но тут же осекся.
— Ты бредишь, Том?
— Я не знаю! Глаза маленького человечка быстро заморгали. — Выпусти меня отсюда, — приказал он. — Быстрее! Они придут за мной через минуту.
— Кто за тобой гонится? Том Коллинз — у тебя белая горячка, вот в чем дело.
— Придержи свой лживый язык, девка, — прозвучал голос из желудка.
Эдит ахнула. Когда она открыла рот, Коллинз рванулся к двери. Нырнув в коридор, он приблизился к выходу. Затем замер, охваченный внезапным ужасом. Внизу, прямо на ступеньках, стояли фигуры трех мужчин — коренастого коротышки в синем пальто, высокого худого человека в котелке и уродливого толстяка, многозначительно сунувшего руку в карман пальто.
Коллинз уставился на три посиневших лица. Он увидел плотно сжатые губы и маленькие глазки; калейдоскоп волосатых костяшек пальцев, выступающие челюсти и мощные брови. Они ждали, когда он выйдет. Коллинз сунул стеклянную бутылку в карман пальто, присел на корточки в дверном проеме и вытер лоб. Пусть подождут, решил он. Он был готов. Лишь бы он был внутри, а они снаружи.
Но они не собирались оставаться снаружи. Коллинз увидел, как все трое прижались друг к другу, совещаясь. Человек в котелке зашептал, указывая на здание. Затем все трое развернулись и начали медленно подниматься по ступенькам.
— Ах! — выдохнул Коллинз.
— Хозяин? — спросил голос в животе. Но «хозяин» не успел ответить. С мужеством, рожденным только отчаянием, Коллинз решил броситься вниз. Если бы он мог пробежать сквозь бандитов, когда они поднимались по ступенькам, то сейчас он выскочил бы из здания и загрохотал вниз по лестнице. Они увидели, что он приближается, и попытались увернуться. Он врезался в троицу, бросившись вперед на толстяка по центру.
Крякнув от удивления, толстяк отшатнулся. Двое его спутников споткнулись о его ноги и растянулись на ступеньках. Мистер Коллинз оттолкнул их спутанные тела и продолжил спуск, а потом оглянулся. Бандиты снова вскочили на ноги, и на этот раз толстяк выхватил пистолет. Он не стал долго им размахивать и наставил прямо на Коллинза. Тот огляделся в поисках какой-нибудь дыры в асфальте, но конечно ничего такого не было.
Никакого укрытия. Он оказался на открытом месте — видимая и удобная мишень.
— Вот оно! — застонал Коллинз.
— Что, хозяин?
Голос был гулким, и тут Коллинз вспомнил.
— Джинн, — прохрипел он. — Теперь у тебя есть шанс показать себя. Я хочу, чтобы ты поскорее разобрался с этими ребятами.
— Твое желание, — повторил джинн, — это мой приказ.
Почти бессознательно Коллинз почувствовал, что бежит к человеку с пистолетом. Трое хулиганов в изумлении уставились на него. Толстяк прицелился, готовый выстрелить. А потом Коллинз почувствовал, как это произошло. Ощущение чего-то поднимающегося по горлу. Бандиты впереди вытаращились на его рот. Хоть у Коллинза и был маленький рот, но из него торчал самый большой язык в мире. Или что-то еще. Что-то длинное и черное, мускулистое и угрожающее. Что-то извивалось, змеилось, раздуваясь до невероятных размеров из открытого рта Коллинза.