Он исчез. Мистер Снарч вздохнул. Внезапно голова демона замерцала в воздухе.
— Как ты хочешь получить деньги? — спросил он.
— О, любым способом, — сказал ему Снарч. — Сойдут и крупные купюры. Главное, чтобы я быстрее их получил.
— Слушаю и повинуюсь, — прошипел демон.
Голова исчезла. Мистер Снарч вздохнул со смешанным чувством облегчения и сожаления, затем принялся убираться в комнате. Ему потребовалось довольно много времени, чтобы привести себя в порядок. Он убирался допоздна, потом лег на кровать и заснул. Когда он проснулся, было уже светло.
— О-о! — спохватился мистер Снарч. — Я опаздываю на спектакль в театре.
Он совсем забыл о дневном спектакле. Поспешно одевшись, он в бешенстве выбежал из вестибюля отеля и поймал проезжавшее такси.
— Большой театр! — закричал он. Когда он приехал, шоу уже началось. Майра, его помощница, которую он распилил пополам, с нетерпением ждала его.
— О, Джеффри! — взвыла она. — Что с тобой случилось?
Джеффри Снарч слабо пожал плечами, не очень-то довольный ее заботой. Эта Майра очень решительный тип женщины. И, очевидно, она решила выйти за него замуж. Как мог он избегал ее, никогда не разговаривал с ней. Их единственный интимный контакт происходил, когда он распиливал ее. Снарч надел парадную одежду и снова предстал в образе волшебника Джеффри Великого. Оркестр играл на открытии выступления. Он быстро договорился с Майрой о реквизите, и вышел на сцену.
Все это время у него не было возможности вспомнить события прошлой ночи. Он был слишком занят, слишком торопился.
Оказавшись на сцене, он сосредоточился на шоу.
Джеффри Снарч начал с нескольких карточных фокусов и пары носовых платков. По мере того, как он двигался по программе выступления, мысли его расплывались. Он рассеянно замахал руками, нащупывая хитроумные приспособления, которые управляли кроликом, цветами и пищей, которые должны были появиться из его рукава. Он сделал несколько пассов и позволил первому предмету скользнуть в руку.
— У меня кролик, — сказал он.
Зрители засмеялись.
— У меня тут…
Снарч уставился на свои руки. Никакого кролика в его ладони не было. Вместо этого его пальцы сжимали пачку желтых банкнот. Тысячедолларовые купюры! Он снова машинально взмахнул рукой.
— Кролик! — пробормотал он.
Никакого кролика. Еще одна пачка денег. Публика взвыла.
— Ладно, — в отчаянии сказал Снарч. — Никакого кролика. Но у меня есть много салата!
Последовавший за этим фокус снова рассмешил публику.
Снарч отчаянно извивался. Что, черт возьми, случилось с этим кроликом? Он похлопал себя по пальто, и оттуда вылетела еще одна пачка банкнот. А потом еще одна. Он даже не заметил этого.
Он снова вцепился в свою одежду, ища неуловимого кролика. На сцену посыпались деньги. Он в отчаянии подумал, не забрался ли кролик к нему в штаны и потряс штанинами. Раздался оглушительный звон, и из его брюк выпал поток золотых монет.
Публика гудела и кричала. Снарч тоже. Когда он попытался поклониться, монеты вылетели у него из-за пояса, каскадом хлынули из-под жилета, посыпались из карманов. Он стоял по колено в деньгах, когда упал занавес. Вокруг раздавались возмущенные голоса. Менеджер сцены выбежал с руганью.
— Что, черт возьми, происходит? — потребовал он, а затем уставился на деньги и ахнул: — Господи, они настоящие!
Снарч усмехнулся. Внезапно он понял, что произошло.
Обещание демона сбылось — вот один миллион долларов! Демон выбрал весьма оригинальный способ доставить требуемую сумму.
— Конечно, настоящие, — усмехнулся Снарч, как сумасшедший сгребая купюры. — И это тоже.
— Что?
Снарч ущипнул режиссера за нос.
— Моя отставка, — сказал он. — С сегодняшнего дня. Сейчас же. Я ухожу. Ухожу на пенсию.
Оставив менеджера с выпученными глазами, Снарч сошел со сцены, прихватив свои деньги. Майра ждала его за кулисами.
— Что это такое? — всхлипнула она. — Ты же не хочешь сказать, что все кончено?
— Но я серьезно, — сказал Снарч, стараясь не злиться. — Я не знаю, как сказать тебе это, Майра, но я распилил тебя пополам в последний раз.
— Что же мне делать? — прошептала девушка. — Без тебя я просто развалюсь на куски.
— Может быть, ты найдешь кого-нибудь другого, — утешил ее Снарч. — Ты такая милая молодая девушка. Любой бы с гордостью порезал тебя на куски.
Она рыдала ему вслед, пока он собирал свои вещи.
— Это будет не то же самое, — простонала она. — Что бы ни случилось, я всегда буду думать о тебе и о том, как ты меня распиливал.