Мистер Фуз стоял по щиколотку в битом стекле от мензурок, реторт и бутылок. Стены украшали странные пятна от брызг взорвавшихся реактивов. Записи профессора и лабораторные работы превратились в мокрую массу, погребенную под осколками стекла и порошкообразными кристаллами.
— Завтра придут чинить крышу, — сказала Дора. — Я попрошу рабочих прибраться и в этой комнате.
— Хорошая мысль, — сказал мистер Фуз.
— Ты бы слышал взрыв, — сказала ему Дора. — Он наделал столько шума, что я едва расслышала свою программу по радио.
— Вполне вероятно.
— Интересно, что он здесь делал? — спросила Дора. — Я часто хотела спросить его об этом, но у меня всегда было так много дел в течение дня, что никак не выпадало случая.
— Ты имеешь в виду свои радиопьесы? — саркастически заметил ее муж.
— Верно, — ответила Дора. — О, поторопись вниз, дорогой!
Сегодня вечером будет программа, которую я не могу пропустить!
Она поспешила вниз по ступенькам, и мистер Фуз последовал за ней, беспомощно пожимая плечами. Дора сидела в гостиной и играла с радио, а мистер Фуз уставился на ковер из тигровой шкуры на полу. Голова тигра подмигнула ему, и мистер Фуз подмигнул в ответ. Женщины забавны. Постепенно он задремал.
Он гулял во сне, когда ложился спать той ночью. Он повернулся, не отдавая себе отчета в том, что делает. Он все еще храпел, когда Дора резко дернула его за плечо.
— Чтслчилллс? — спросил он, уткнувшись лицом в подушку.
— Проснись, Сидни! Уже пять часов!
— Ну и что с того? — проворчал мистер Фуз.
— Ты должен быть в офисе в одиннадцать, — напомнила Дора.
— Но ведь только пять, — простонал ее муж.
— Но сначала тебе придется встать и умыться, — сказала Дора.
— Мыться?
— Из-за вчерашнего происшествия я совсем забыла помыться, — объяснила Дора. — И тебе понадобится свежая одежда, когда ты пойдешь на работу. Мистер Фуз застонал и выполз из постели.
Однажды в свои невинные медово-лунные дни супружества он вызвался «помогать по дому» жене. Раньше он был так галантен, а теперь просто закостенел. Он влез в свою самую старую рубашку и брюки.
— Раз ты не спишь, — предложила Дора, — то можешь пойти на чердак и взять немного битого стекла. Отнеси его в подвал, когда будешь стирать.
Мистер Фуз поднялся на чердак и в разрушенную комнату профессора Бикера. Он высыпал много стеклянной посуды в корзину для белья поверх одежды и отнес все это в подвал.
Сложив бутылки и флаконы на полу, он принялся за стирку.
Смачно ругаясь, вывалил в стиральную машину белье, шорты, трусики, рубашки, носки, перчатки, галстуки, платья, несколько пар выстиранных штанов. Машина начала лязгать и скрежетать, так же, как и мистер Фуз, который пел отвратительном фальцетом шлягер сезона. Через некоторое время Фузу порядком надоело все это дело, но больше всего он устал. Он лег на пол подвала и снова заснул.
— Сидни! — крикнула его жена с верхней ступеньки лестницы.
— Да, дорогая?
— Ты не забыл добавить синьки?
— Нет, конечно, — солгал мистер Фуз, который ничего подобного не делал.
Он встал, протер глаза и поискал на полках в подвале бутылку с синькой. Зевнув, заметил на полу маленькую синюю бутылочку, отвернул крышку и щедро налил в стиральную машинку. Затем лег на кучу угля.
— Сидни!
Фуз вытянулся по стойке смирно.
— Да, сладкая?
— Я забыла тебе сказать — синька наверху, на кухне, — крикнула Дора.
— О-о! — проворчал мистер Фуз себе под нос и заглянул в стиральную машину, очень надеясь, что не ошибся и не подлил туда чернил. Наклонившись, он осмотрел бутылку с ними препаратом. Никаких ярлыков. И эта штука странно пахла. Но вещество было голубым. И одежда не выглядела испорченной.
Вынося корзину с мокрым бельем во двор, он понадеялся на лучшее. Бельевая веревка хлопала на сильном ветру. Хорошо. При таком ветре одежда должна высохнуть примерно через час.
Мистер Фуз развесил одежду и улегся на заднем дворе, чтобы немного вздремнуть. На этот раз он действительно уснул. И кажется, мистеру Фузу приснился страшный сон. Мистер Фуз проснулся где-то через два часа. Первое, что он заметил, это то, что ветер стих — совсем стих. Потом он взглянул на бельевую веревку и ахнул.