- Что? – не поняла Марина.
- Почему Сергей Викторович, а не Викторыч?
Девушка рассмеялась, надо сказать, что улыбка немного скрашивала ее унылую внешность.
- А ты смешной, это хорошо. Принимай, давай: женщина, около двадцати, документов при себе не обнаружено, прохожие нашли в парке. Видимых травм нет, причины смерти очевидной тоже. Тело свежее, считай что первый труп не комом у тебя.
Пока она говорила и передавала Сашке бумаги, Егорыч закатил в приемное отделение тележку и, подтолкнув ее к мраморному помывочному столу, аккуратно переложил тело.
- Сервис. За знакомство, Саныч. Авансом.
- Авансом?
- Санитары сами закатывают тележки и перекладывают тела. Мы сюда не заходим. – Пояснила Марина. - Вот тебе еще и урок, авансом. Ты это, дверь сразу не открывай – там коммутатор есть на стене. Знаешь ли, всякое бывает, трупы иногда тоже ценность. Вот так запрутся к тебе ряженые какие-нибудь, тюкнут тяжеленьким по голове и весь холодильник под шумок вынесут.
- Зачем? – Сашка аж опешил от таких новостей.
Марина доверительно приблизилась.
- Ну, всякое бывает. Улики после убийства скрыть, родственников шантажировать, иногда совсем отмороженные психи попадаются. Степаныч рассказывал, что у вас тут один санитар мертвых женщин того-этого. Поймали, когда одну из них ночью пытался украсть, понравилась наверно очень. Вот через эту самую дверь. Так что ты осторожнее – от живых людей всего что угодно ожидать можно.
1.1
Оставшись один на один с большим черным мешком, Сашка совсем приуныл. Такое точно возможно только в нашей стране – оставить в морге за старшего, санитара студента-третьекурсника, абсолютно без практики. Кроме того о материальной ответственности за тела его как-то не предупредили.
Парень посмотрел на лоснящийся в свете ламп большой черный телефон – ничего примечательного, просто старая трубка размером с баклажан, установленная на станцию. Звонить или нет?
Еще раз пробежал взглядом переданные полицейскими бумаги – протокол, несколько листов свободным почерком. Девушка, молодая, найдена в парке, значит вероятность «криминала» почти 100%. Ну ладно, 70-80%, нынче смертность среди молодежи от инсультов, инфарктов и прочих сердечно сосудистых недугов весьма высока. А все алкоголь и курение… сейчас бы покурить…
Приступать к обязанностям совсем не хотелось. Более того, хотелось бросить все к чертям и пойти готовиться к экзамену по патологической анатомии. Вот только вероятность сдать ее, подставив преподавателя, «одолжившего» его, Сашку, моргу в качестве санитара, стремится к отрицательной бесконечности. Другими словами вариантов у студента не было.
Плотный черный полиэтилен зловеще отражал искусственный свет. Радовало то, что тело было свежим. Как сказала полицейская - не комом, а бывает и такое!
На занятиях в лекционном зале этого же морга и в анатомичке он видел разные трупы: после аварий, пожаров. Была даже женщина изрядно поеденная собственными котами, которая пожертвовала свое тело науке. В отсутствии родственников и тесных связей с внешним миром, она почти неделю пролежала в квартире в обществе пяти голодных котов. Неблагодарные твари объели ее лицо и живот.
После этого зрелища Сашка даже охладел к мемасам с котиками, которые одно время постоянно постил себе на стену, собирая десятки лайков от сокурсниц и просто знакомых девчонок.
И все же, открывая мешок для трупа, он задержал дыхание. Как оказалось, зря – оттуда легко и ненавязчиво пахло вишнево-цветочными духами. Кажется, кто-то из однокурсниц пользовался такими же. Но лицо девушки не показалось ему знакомым.
Сашка на минуту задержался, расстегивая мешок – красивая. Чистая кожа, высокие скулы – аккуратные, немного кукольные черты лица, которые еще нежнее делали легкие волны белокурых волос. Печальное созерцание красоты оборвали внезапно всплывшие в памяти слова Марины: «Степаныч рассказывал, что у вас тут один санитар мертвых женщин того-этого».
Сашка работал в перчатках, поочередно снимая с девушки предметы одежды и украшения, внося их в специальный лист и складывая в вакуумные пакеты. Добра было не много – из всей одежды на ней была лишь пара балеток, легкое платье, серебряная цепочка с кулоном-сердечком и серьги-гвоздики. Осталось снять нижнее белье.
Вопрос с осмотром красивых пациенток перед будущим врачом, а ныне третьекурсником Александром, еще ни разу не стоял. Все немного осложнялось еще и тем, что вопрос пальпации женского тела, стоял перед ним всего пару смутных раз.