Вернувшись к дверям, фонарём в вытянутой руке толкнул створку, и та со скрипом поддалась.
Никого.
Под потолком сарая было совершенно пусто — только стропилы и перекрестья, да старое велосипедное колесо непонятно зачем подвешенное на гвоздь. Растерев лицо, как после долгого сна, и ущипнув себя до боли за руку, Семён ещё раз осмотрел сарай.
Пусто. Никого.
Но этого же просто не могло быть! «Видео!» — мелькнуло в его голове — «Всё должно было остаться в записи!»
Не раздумывая больше, он что есть сил бросился к трейлеру. Влетел в него, едва не выбив собой дверь, и сел за ЦУ. Так они с Тимофеем называли рабочий стол с тремя мониторами, двумя клавиатурами и шумным мини-сервером, который был помещён в углубление на место трейлерной кухни. Её они благополучно демонтировали и заменяли более частыми остановками в кафе и закусочных. А вот Центр Управления заменить нельзя. Это ведь и точка связи, и база данных, и гарантия сохранности файлов — у их сервера не было доступа к интернету, только к локальной сети, к которой подсоединялись все выставляемые ими камеры видеонаблюдения и датчики.
Кому могло понадобиться воровать их данные? Не важно! В плане технологий Тимофей был настоящим параноиком, особенно после общеизвестного скандала с участием Сноудена.
Найдя нужную точку записи и выставив тайминг, он включил воспроизведение.
На экране была темнота. Ничего. Просто чернота, даже не белый шум! Семён переключился на другую камеру — снова то же самое. Включил режим реального времени. На экране появился чёрно-белый сарай, трактор, куча дров, край колеса, свешивавшийся с потолка… отмотал на три часа ночи — вновь чернота. На 2:55… сарай, куча дров, трактор… колесо… 2:56… 2:59… 3:00 — чернота. Словно кто-то в этот момент опустил шору на объектив камеры. Совершенно не понимая, что происходит, а главное — что это всё значит и что с этим делать, Семён кинулся будить Тимофея. Спустя минут пять неугомонного растряхивания, он всё же смог встать и членораздельно спросить, какого хрена Семёну от него надо.
Выслушав историю от бледного, как полотно, товарища, он пожелал увидеть всё своими глазами.
— Да сбой какой-то, Сёмыч. Что ты распсиховался? Перепил немного, с кем не бывает. Не будем тебе больше наливать, вот и всё.
— Ты меня что, не слышишь? Я видел его. Я уверен, это был тот самый, Ван Дайк… как его.. Йозеф Ван Дайк!
Тимофей серьёзно и внимательно посмотрел на него и сказал:
— Ты ж мой впечатлительный юноша. Ну, ничего. Закончим дело, свожу тебя в Диснейленд, знаешь, там «Туннель ужаса» есть… там так кирпичей наложишь, что больше в жизни вот такой фигни бояться не будешь. Ложись-ка ты спать, мальчик. Утро вечера мудренее.
Семён на психе толкнул друга в спину и рухнул в койку, даже не раздеваясь.
Это всё была правда! Это всё было, и он это точно видел.
— А вот это уже интересно…
— Что? — Семён чуть не упал с кровати.
— Как думаешь, кто это? — парень указал на левый край центрального экрана, где выводилась трансляция с камеры #16. Она показывала коридор между спальнями в южном флигеле, и там из угла в угол ходила женщина в длинной ночной рубашке. Волосы её были в жутком беспорядке, а лица не видно. При этом она явно была не в себе — хваталась за голову, прижималась к дверям, падала на колени и снова вставала, чтобы продолжить свои блуждания по коридору.
— Пойдём посмотрим? — неуверенно предложил Семён.
— И я это слышу от человека, который мгновение назад утверждал, что призрака двухсотлетнего мертвеца в сарае видел?
Семён пожал плечами. На самом деле идти в дом ему вовсе не хотелось, а вот доказать Тимофею, что здесь действительно творится какая-то чертовщина — очень.
— Может, это миссис Фримэн лунатит? Я вот слышал, что лунатиков будить нельзя.
— А что, если нет? Что, если это какая-то психичка, которая их и терроризирует? Поймаем бабу и наша работа закончена. Можем ехать в Диснейленд. — Резонно заметил Семён.
— И то верно. Значит, пойдем смотреть. Возьмём-ка go-pro на случай необходимости визуальных доказательств.
Одевшись со скоростью пожарного расчёта, парни нацепили поверх одежды нагрудное крепление с экшн-камерами и, вооружившись фонариками-дубинками, отправились в дом, где судя по данным камеры #16, в коридоре между спальнями южного флигеля продолжала расхаживать женщина.
В дом они попали, отперев дверь ключом, и, как можно тише ступая по скрипучему паркету, отправились во флигель. Миновав затенённый музыкальный зал и кухню, где на разделочном столе аккуратной стопкой стояла посуда, из которой они совсем недавно ели свой ужин, они прошли по узкому коридору, соединявшему основную часть дома с этой отдельно стоящей пристройкой.