— А Дэри — это сокращённо от чего?
— Не имеет значения.
— То есть ты не хочешь говорить?
— С первого раза угадал.
— Слушай, Дэри, поехали с нами в город. Посидим, поговорим за пиццей.
Дэри улыбнулся.
— Конечно, Джоуи.
Джоуи ухмыльнулся.
— Даже спрашивать не буду. Вот просто не буду.
— Ну что, ребята, чего желаете?
— Большую пиццу со всем, только без анчоусов.
— И без чёрных оливок.
— И без лука.
— И без перца.
— И без колбасы.
— И без пепперони.
— Ты не любишь пепперони? Ну и странный же ты.
— Ты ведь слышал, что я сказал?
— И без бекона.
— Бекона?
— Моя мама всегда кладёт бекон в пиццу. Терпеть его не могу.
— Наверное, у тебя странная мама.
— Она ненормальная, совсем ненормальная. Каждый день, когда я прихожу из школы, она спрашивает: «Ты весь обед-то съел, Карло?» Я отвечаю: «Не-а, мам», а она спрашивает почему. Я ей рассказываю, а она качает головой и говорит: «До чего мир докатился, если мой маленький мальчик вынужден есть помои». Хотя, знаете, может, она не такая уж и ненормальная.
— Без анчоусов.
— Мы уже сказали про анчоусы!
— Ничего мы не говорили!
— Говорили!
— Не говорили!
— Говорили!
— Не говорили!
— ЭЙ! — заорала официантка.
Рэмзи и Карло перестали спорить.
— Итак, вы только что заказали большую пиццу со всем, но без анчоусов, без чёрных оливок, без лука, без перца, без колбасы, без пепперони и без бекона, которого у нас всё равно нет.
— Итак, правильно ли я понимаю, что вам нужна большая пицца с сыром?
— Да нет же. Нам нужна большая пицца со всем, только без анчоусов, без… Эй, а чего это она ушла?
— Ты раньше бывал здесь, Дэри? — спросила Лиззи.
— Нет. Но здесь наверняка лучше, чем в школьной столовой. Знаете, я бы очень хотел, чтобы кто-нибудь наконец что-то сделал с этой едой.
Лиззи взглянула на Карло. Карло взглянул на Стеффи. Стеффи взглянул на Джуни. Джуни взглянула на Рэмзи. Рэмзи взглянул на Джоуи. Джоуи едва заметно кивнул.
И вдруг все разом подались к Дэри и, перебивая друг друга, принялись рассказывать ему об организации под названием С.В.И.Н.
Дорогой Дэри!
Я пишу это на уроке математики. Мне повезло, что математика у меня перед жранчем — так мы называем «горячий» обед, — потому что это мой самый нелюбимый предмет. У Стеффи тоже, а у него математика сразу после жранча! Наверное, девятиклассникам вообще не везёт.
На случай, если ты волнуешься, сразу скажу: С.В.И.Н. — это не только работа. Взять хотя бы вечеринку, которую мы устроили в прошлую субботу вечером… Но Джоуи пытается отнять у меня бумагу, так что, пожалуй, пусть он сам тебе всё расскажет.
Привет, Барнаби! (Джонс, конечно!) Да, вечеринка была что надо. Мы играли в «Две минуты в шкафу» по номерам, но вышло не очень, потому что мы со Стеффи и Карло всё время вытягивали восьмёрку, а мы знали, что это номер Лиззи. Ты ведь знаешь, мы с Лиззи встречаемся, а Карло, по-моему, на неё запал, но Стеффи просто до смерти боится Рэмзи! Он — Рэмзи, то есть, — далеко не так крут, как сам думает, зато хвастаться горазд.
Ладно, отдам ему бумагу. Было приятно с тобой погово…
Это Рэмзи, и я хочу, чтобы ты знал: всё, что Джозеф написал обо мне, совершенно не соответствует действительности. «Далеко не так крут, как сам думает» — ха! Между прочим, я чемпион по боксу среди Молодых республиканцев, о чём уже говорил Карло несколько недель назад, когда он особенно мерзко обращался с Джун. Все утверждают, будто он почти исправился, но, по-моему, это лишь прикрытие.
Он читает у меня через плечо и говорит, что уж кто-кто, а я должен разбираться в прикрытиях, потому что собираюсь стать вторым Р. Никсоном. Что ж, кто бы говорил.
В заключение я хотел бы узнать твоё настоящее имя, поскольку я никогда не называю людей по прозвищам. Это не соответствует моему имиджу.
Дэри, в субботу вечером на вечеринке, устроенной С.В.И.Н. для С.В.И.Н., Рэмзи Мид и Джуни Черчилл просидели в шкафу восемь минут. Прошу обратить внимание: мы играли в «Две минуты в шкафу», а не в «Восемь минут в шкафу». А когда они наконец вышли, вся его дурацкая физиономия была измазана помадой. Так, КТО, ЧТО, КОГДА и ГДЕ я изложил. Я бы ещё сообщил тебе ПОЧЕМУ, но хоть убей не могу понять, а кроме того, миссис Никсон требует бумагу. Может, она и объяснит тебе ПОЧЕМУ.
Ну разве он не ужасен, Дэри? Мы пробыли в шкафу всего семь минут, и никакой помады на мне вообще не было. По-моему, ему стоит сочинять небылицы. Хотя Рэмзи очень романтичный. Мы единственная официально помолвленная пара среди десятиклассников, и видел бы ты, в какие чудесные рестораны и клубы он меня водит, на какие танцы приглашает. Но я люблю его вовсе не за деньги. Даже если бы у него не было ни гроша, я относилась бы к нему точно так же.