В итоге мы спустились. Только Крысиный Король и я.
Мы не знали, во что ввязываемся, поэтому были вооружены до зубов. Стурчек взял с собой.45-й калибр. У меня был карабин M2A1 на случай, если придется сражаться всерьез.
Он первым нырнул вниз, проверив вход. Обычный туннель. Лаз укреплен деревянной рамой, но больше никаких подпорок. Гуки рыли свои убежища в латерите — красной глине, богатой алюминием и железом. Пока она влажная, ее легко копать, но когда высыхает, становится твердой, как бетон.
Внизу было сыро и душно, с потолка капало. Стурчек полз вперед на животе, осторожно проверяя путь минным щупом — длинным алюминиевым стержнем с деревянной рукоятью. Им мы нащупывали провода и мины-ловушки, которые могли нас разорвать в клочья.
Как вторая "крыса", я следовал примерно в шести футах за ним. В туннеле мы никогда не сбивались в кучу — одна удачно брошенная граната могла убить нас обоих. Моя задача заключалась в том, чтобы искать рыхлую землю или пустоты — признаки ловушек или тайных проходов. Гуки обожали прятать в таких местах что-нибудь смертоносное: спрятанную взрывчатку или "домкрат в ящике" — скрытую нишу, из которой в любой момент мог выскочить враг с АК или ножом.
Мы ползли медленно, проходя фут за футом. Через сотню футов нас ждала развилка.
Я всегда ненавидел такие моменты. А Крысиный Король — наоборот. Это означало, что придется разделиться.
Туннель был горячим, я это чувствовал. Гуки были где-то рядом, и инстинкты твердили мне это безошибочно. Я ощущал их запах — смесь рыбы, специй, пота и сырости. Они были здесь, совсем близко.
Стурчек свернул направо. Я пошел налево.
Я полз осторожно, прощупывая путь перед собой. Гуки всегда двигались прижавшись к стене — так было безопаснее. Я следовал их примеру. С потолка капала влага, сыпались комья земли. Вокруг слышался писк крыс и другие звуки… что-то шуршало в темноте, скользило совсем рядом. Казалось, туннель оживал вокруг меня.
Осмотревшись, я заметил, что пол впереди уходил вниз под опасным наклоном. Ловушка. Стоило неосторожно поскользнуться — и ты летел в яму, утыканную кольями. Смертельный спуск.
Я развернулся и пополз обратно. Дойду до развилки, подожду Стурчека, а дальше пойдем вместе.
Но я был уже почти у цели, когда услышал нечто, от чего по моей коже поползли мурашки. В тот миг мне показалось, что кровь застыла в венах, а внутренности сжались в ледяной ком.
Я уже говорил: внизу слух становится ненормально острым. И вот этот звук… Он пронесся по туннелям, как медный глас трубы, пронзительный и болезненный, срываясь в дикое, нечеловеческое рычание, прежде чем угаснуть до едва уловимого эха. Я замер. Пот ручьями стекал по лицу, дыхание сбилось.
Но тишина снова окутала меня.
Крысиный Король? Встретил ли он свою пару в темноте? Или его настигло нечто, чего не видел ни один человек… и не дожил, чтобы рассказать?
Я попятился, стараясь двигаться бесшумно, но в узком туннеле каждый шорох казался громом. Стурчек бы не хотел, чтобы я шел за ним… но что, если этот крик принадлежал ему?
Я двинулся вперед, ползя не меньше пятнадцати минут. И вдруг меня накрыл другой ужас — запах.
Это была вонь, не просто смерти, а того, что питается смертью: влажные перья, чешуйчатая кожа, разлагающаяся падаль. Так, наверное, пахнет гнездо стервятников. Смрад усиливался с каждым футом. Желудок скрутило судорогой.
Что-то было впереди.
Я не могу описать это чувство, но туннель, который был просто дырой в земле, вдруг превратился в погребальную гробницу.
Я ощущал, как по коже скользят насекомые, как черви извиваются под ладонями. Крысы сновали в темноте, летучие мыши хлопали крыльями. Это была абсолютная безнадежность — та, что приходит в худших кошмарах.
А затем… еще нечто хуже.
Я почувствовал его.
Пульс.
Далекий, тихий… затем громче, настойчивее.
С каждым движением он набирал силу, будто подстраиваясь под ритм моего ужаса. Он заполнял туннель, словно кто-то бил в гигантский барабан прямо в моем черепе. Гул становился оглушительным, сотрясая кости, заставляя мозг содрогаться в его мерзком ритме.
И вдруг, в смрадной тьме, прорезался голос.
Старческий, скрипучий, как ржавые петли гроба.
— Не входи сюда. Ты слышишь? Уходи. Возвращайся обратно.