Игл и Винн продолжали палить, но безрезультатно.
Они увидели безумное, кричащее лицо Франца, прижатое к его обзорному щитку, а затем его потянуло к этой штуке, засосало в ее ядовитую массу. Винн увидел, как в его костюме открылась тысяча прорех, а затем он распался, анатомировался, превратившись в клубящийся туман, как мешок с кровью в аэродинамической трубе.
Винн потянул Игл за собой в сторону капитанской каюты, куда, как он знал, они должны были направиться.
Позади них эта тварь продолжала приближаться, торнадо из плоти и газа. Она оставила за собой разрушительный ветер, воронку загрязненного воздуха, в которой кружились и танцевали всевозможные фрагменты и отбросы — бумаги, куски железа, мусор, фрагменты костей и плоти, кусочки самого себя.
Винн втолкнул Игл в дверной проем капитанской каюты и закрыл люк. Существо прошло мимо, металлический люк на мгновение засветился, а затем исчез. Винн не в первый раз задумался (и, возможно, в сотый раз, насколько он знал), было ли это существо хотя бы отдаленно разумным, а не просто каким-то инопланетным мусорщиком из другого измерения.
— Что будем делать? — спросила его Игл, присаживаясь на край кровати.
— Ждать, — сказал он ей, садясь за стол, как и должен был. — Когда все стихнет, мы уйдем.
Он проверил свой хронометр. Прошло уже два дня. Появление существа исказило время и пространство. Если оно исчезнет… да, возможно, если оно исчезнет, через два дня они смогут встретиться с кораблем. Но он знал, что обманывает себя.
Он достал лезвие из своего набора инструментов и нацарапал для себя сообщение, надеясь, что на этот раз он прислушается к его мрачному смыслу.
Он дрейфовал в мертвом пространстве, как труп в бездонном черном море.
Заброшенный, похожий на скелет и отталкивающий…
Перевод: Zanahorras
Убийственная банка
Tim Curran, "The Killing Jar", 2022
Астероид пронзил "Полифема" насквозь, выведя из строя звездный двигатель и разворотив корпус в средней части. Команда — все, что от нее осталось — кое-как стабилизировала систему жизнеобеспечения, но, несмотря на отчаянные усилия, ситуация складывалась более чем неприятная: в обозримом будущем "Полифем" не мог даже прыгать между звездами. Фактически, он не мог развить и досветовой скорости. Корабль дрейфовал. Они застряли в глубоком космосе, где-то в пятнадцати парсеках от Земли и Колоний.
Если их сигнал бедствия примут — прекрасно, если нет — "Полифем" будет дрейфовать еще тысячелетия. Их осталось всего четверо: Крист, доктор Моуфали, Чанг и Дендро. Остальные были мертвы. Большую часть тел (тех, кого не вытянуло наружу через зияющую пробоину в корпусе) собрали — целиком и по частям, завернули в простыни и поместили в пластиковые вакуумные мешки. В сложившихся обстоятельствах это было лучшее, что они могли сделать.
Крист, старший помощник, собрал выживших вместе.
— Вы знаете ситуацию, — сказал он. Голос его звучал мрачно и совершенно лишен былого оптимизма, за который его когда-то ценили. — Мы загерметизировали поврежденные отсеки, а это две трети "Поли". Двигатель выведен из строя, магнитное ядро протекает плазмой. Даже вспомогательные системы разнесены в щепки.
— Одним словом, народ, — вставил Чанг, — мы в жопе.
Крист пожал плечами:
— Это подводит итог. Даже спасательные капсулы разбиты. Мы отправили сигнал бедствия, и, если повезет, его примут и направят спасателей. Если нет…
— Должен быть какой-то выход, — сказал Дендро. Мысль о том, чтобы умереть здесь, давалась ему тяжелее, чем остальным. На Марсе, в Новом Кливленде, его ждали жена и двое детей. — "Поли" — гребаный звездолет, старпом. Там должны быть резервы на резервах, до полной дуракоустойчивости.
— И каждый, мать его, резерв нейтрализован, — возразил Чанг.
Это противоречило теории вероятностей, но факт оставался фактом.
"Полифем" направлялся на Мир Магеллана, четвертую планету системы Тета Центавра. На борту было сорок колонистов, которым предстояло основать постоянную научно-исследовательскую базу в душном, кипящем паром, адском пекле южного полушария. А потом они встретили этот астероид. Даже система противостолкновения не засекла его. Его вообще никогда не наносили на карты.
— Док, — обратился Дендро к Моуфали, которую считал самым рассудительным человеком из всех, кого знал, — скажи мне, что этого не происходит.