Выбрать главу

Хотел бы я сказать, что сделал это, но это было просто невозможно. Их было слишком много, они били меня со всех сторон, и я бежал и стрелял и каким-то образом держался на ногах, пока их кислотные выделения превращали мой скафандр в изорванную, хлопающую тряпку.

И тут я внезапно услышал звук бипера и понял, что я рядом с кораблем: это был его сигнал наведения. Десять или двенадцать тварей цеплялись за меня, я нажал кнопку на поясе, и шаттл взорвался светом — ходовыми огнями, портовыми, кормовыми. Твари издали жалобные мяукающие звуки и разбежались во все стороны… отскакивая и взмывая прямо в небо.

Я добрался до шаттла, омытый этим ангельским светом.

Шлюз открылся, и я оказался внутри. Я плюхнулся в кресло и отдал команду подниматься, подниматься, обратно на корабль. Включились плазменные двигатели, и Корэб наполнился пламенем и светом, и я взлетел. Я держал внешние огни включенными и чувствовал, как эти жирные, мясистые твари стукались и гремели, когда мы прорывались сквозь густые облака их тел. Они разбивались о смотровой экран, как водяные шарики, полные лаймовой газировки, и сгорали, когда шаттл вырывался из этого проклятого мира.

Я увидел грузовой корабль и сразу понял, почему не мог вызвать его по радио, почему не мог пристыковаться к нему. Мое сердце беззвучно упало. Грузовик парил там на затухающей орбите, совершенно темный, совершенно угрожающий, как корабль-чума из старого мира. Просто взглянув на него, вы понимали, что он мертв. В борту зияла огромная, изуродованная дыра. Не знаю, был ли это метеорит или что-то еще, но я увидел поток тел, дрейфующих из этой раны, и понял, что корабль безжизнен, понял, что он набит теми тварями.

Они ехали верхом на спинах мертвецов и громоздились на корпусе корабля извивающейся, червеобразной массой.

Очевидно, им не требовалась атмосфера, чтобы заниматься своим делом. Некая свободноживущая, самодостаточная гибридная мигрирующая раса монстров.

Я посмотрел вниз, на Корэб. Это был огромный вращающийся склеп в суровой глубине космоса. Я продолжал смотреть на него, гадая, что мне, черт возьми, делать.

Затем, словно по команде, рой тех тварей начал подниматься с поверхности, всплывая сквозь облака. У них, казалось, не было определенного пункта назначения — они двигались под влиянием солнечных ветров, возможно, гравитационных дуг. Это было похоже на наблюдение за тысячами мух, покидающих гниющее мясо. Они дрейфовали по направлению к шаттлу, как забытые праздничные воздушные шары, плывя по какому-то невидимому, неведомому течению… в поисках другого мира, чтобы опустошить.

Я позволил компьютеру выбрать траекторию и включил двигатели.

* * *

Все это было три недели назад. Я направляюсь к ближайшей колонии, до нее около десяти световых лет. Аварийный набор шаттла содержит еду и воду для шести человек на один месяц. Будучи один, я могу продержаться шесть месяцев. Проблема в том, что до этой колонии нужно лететь год на максимальной скорости. Корабль посылает сигналы бедствия каждые пятнадцать минут на всех длинах волн.

Может быть, меня спасут.

Может, и нет.

Дело в том, что колония должна была принять мои сигналы бедствия еще две недели назад. Я посылаю мощный сигнал, прием работает отлично, но все, что я слышу, — это мертвая тишина. Тому может быть множество причин, но мне на ум приходит только одна. Поэтому я и передаю это. Видите ли, я надеюсь, что есть люди, которые это услышат.

Но я начинаю сомневаться в этом.

Перевод: Грициан Андреев

На Марсе нет жизни

Tim Curran, "No Life on Mars", 2004

Чамберс проснулся в одиночестве.

Вся тяжесть мира навалилась на него, как дюжина свинцовых солнц. Она сдавила его, приковала к себе, вдавила в складки кровати. Он хотел пошевелиться, но не мог. А может быть, он просто не видел смысла двигаться. Иногда лучше было просто подождать. Если дать время, сон или кошмар растворится, словно туман. И, может быть, реальность снова найдет дорогу домой.