Кэбот знал, что парню это не нравится, знал, что он думал, что, возможно, это немного по-варварски и, может быть, более чем немного нецивилизованно. Но эти слова потеряли смысл здесь, в дивном новом мире. С тех пор, как Биоком начал сметать людей в могилы и снова воскрешать их, все изменилось. Нравственность, этика, гуманность… абстрактные понятия. Теперь страна стала кладбищем.
Нет, он не собирался раздувать эту тему.
Парень был не очень умен, но и не настолько глуп. Кэбот не собирался напоминать ему, какой была его жизнь до того, как патруль обнаружил его там, в Мертвых землях и привез его жалкую задницу в Хэллвилль. Как город залатал его, помог прийти в себя, накормил его, дал ему подушку под голову и крышу над головой. Они сделали это, потому что они нуждались в нем, и он нуждался в них, и он казался нормальным парнем.
Совет поступил с ним правильно.
А теперь — милость за милость — пора заработать себе на жизнь.
Чам вышел со склада в грязном комбинезоне, его глаза были похожи на кровоточивые открытые раны.
— Ладно, Кэб. Ты загружен. Не принимай все близко к сердцу.
— Это мой крест, — уныло ответил Кэбот, туша сигарету и смотря, как над озером расстилается туман.
Чам схватил его за локоть и сказал:
— Я серьезно, Кэб. Наблюдай за парнишкой. Не спускай с него глаз.
— Конечно.
Затем Чам ушел, а Кэбот остался стоять там, чувствуя легкую слабость в колене. Затем он откашлялся.
— Ладно, малыш. Погнали.
Блейн все пытался совладать с собой, но у него плохо получалось. Он замер, и Кэбот взял его за руку и повел к укрепленной сталью кабине большого "Фрейтлайнера".
— Расслабься, малыш, — сказал он. — Просто представь, что доставляешь говядину мяснику. Потому что именно это ты и делаешь.
Это все так забавно, — подумал Кэбот, ведя машину. Всего пять лет назад мир был полон городов, населенных людьми, а теперь не осталось ничего, кроме множества кладбищ и городов-призраков, кишащих ходячими мертвецами. Несколько отдаленных городских кварталов, таких как Хэллвилль и Мокстон, замурованных, словно средневековые города, защищающих себя от предстоящей осады. Когда-то человечество управляло Землей, но теперь оно скрывалось в крысиных норах и скрещивало пальцы, делая подношения Червивым, чтобы они были счастливы.
После того, как за ними закрылись ворота, Хэллвилль растворился в тумане, и их окружило запустение. Разрушенные городки и разрушающиеся фермерские дома, заросшие поля и разбитые машины, перевернутые грузовики. Знаки в виде черепа и скрещенных костей, предупреждающие неосторожных людей держаться подальше от Мертвых земель. Больше ничего. Только туман, ночь и все, что их ждало.
— Как далеко? — поинтересовался Блейн.
— До высадки? — Кэбот пожал плечами. — Двадцать миль. В этом супе мы должны ехать осторожно. Если попадем в аварию, мы окажемся в полной заднице.
— У него есть название? У этого места?
— Уже нет. Это просто город-призрак.
Кэбот проехал дальше, чувствуя, как "Фрейтлайнер" мурлычет под ним. Он был прочным и устойчивым с "22 °Cummins" под капотом. Для средних нагрузок он был маленьким, по сравнению с некоторыми грузовиками, с которыми он работал, но в крайнем случае сойдет. Кабина была укреплена приклепанной стальной обшивкой, а боковые окна теперь были не более чем прорезями для оружия, лобовое стекло было лишь немного больше, и все это было ударопрочным оргстеклом. Кабина была бронирована, как танк, и это было то что надо.
Туман становился все плотнее, он клубился и скручивался, проносясь мимо них дымящимися складками и простынями. Получалось, что в свете фар они не могли ничего разглядеть, кроме неровных контуров кривых черных деревьев и нескольких ржавых машин на обочине дороги. Ничего другого, кроме тумана, обволакивающего и окутывающего их, вырывающегося на них, как пар из котелка. Время от времени Кэбот замечал движущиеся фигуры и тени, но не осмеливался упоминать об этом. Малыш нервничал. Он ерзал на своем месте, и казалось, что у него вот-вот родятся щенки.
— Но почему ты это делаешь? — спросил его Блейн.
— Это? Потому что раньше я был водителем грузовика, и это у меня хорошо получается. Если тебе нужен груз, путь которого лежит через труднопроходимую местность, я — тот парень, который справится с этой работой. Я ни на что другое не годен.
Кэбот рассказал ему, как это было в былые времена: грузовики с морозильными камерами с техасской говядиной из Канзас-Сити, платформы с комбайнами в Бойсе, автоцистерны для испытаний до Литл-Рока.