– Это были бы уже мелочи! Главное, пересечь финишную линию первой! – пылко призналась Дженни. – Представляешь, какой бы случился переполох!
– Да! – согласилась Паскаль. – Да!
Она осмотрелась по сторонам, продолжая улыбаться.
– К сожалению, я ничем не могу тебе помочь! Я не смогу тебя вытащить!
Дженни безразлично пожала плечами:
– Теперь в этом нет никакого смысла, ты все равно раскрыла наш замысел!
– Но зачем Майклу было задумывать все это? – непонимающе спросила Паскаль.
– Он решил, что это будет хорошей шуткой, – уклончиво ответила Дженни, запрыгивая на подножку джипа и облокачиваясь на дверь. Теперь ее голова находилась на одном уровне с грудью Паскаль, которая сидела на крыше внедорожника.
– Предположим, это так! А ты? Почему ты согласилась помогать ему?
– Эээ… На самом деле, это он мне помогал, – произнесла Дженни, запрокинув голову, чтобы смотреть прямо на девушку. И только тут Паскаль увидела, что у той были серые глаза. Глубокие, ясные, умные, все понимающие и такие красивые серые глаза. И во взгляде Дженни было столько нежности, что от удивления Паскаль открыла рот. Она напрочь позабыла о только что услышанном. Весь лес будто бы ожил. Солнце стало светить ярче. Она вдруг услышала пение птиц.
– Майкл постоянно только и говорил, что о ваших гонках и о том, что никто не может тебя победить, – начала было Дженни, приняв ее молчание за знак того, что Паскаль сердится.
Девушка никак не комментировала ее слова, она просто пораженно смотрела на нее.
– И мне захотелось сделать это просто из духа противоречия! – продолжала Дженни, пытаясь вызвать хоть какую-нибудь реакцию у Паскаль. Но сделать это было невероятно сложно. Гонщица будто бы впала в транс.
– Ты злишься на меня? – с отчаянием в голосе спросила Дженни, взяв Паскаль за руку.
– Что? – наконец, очнулась та.
– Ты злишься на меня за это?
– За что?
– Ну Паскаль! За то, что я хотела лишить тебя победы в гонках таким нечестным путем! – с некоторым возмущением воскликнула Дженни. Она не понимала, как можно оставаться столь безразличной к происходящему.
– Нет, я не сержусь на тебя, – искренне ответила девушка.
– Почему? – Дженни даже удивилась.
– Как почему? А ты что, хотела меня рассердить?
– Нет, ни в коем случае, – Дженни отрицательно замотала головой. – Я хотела, чтобы ты заметила меня. Ты бы ведь заметила меня?
– О да! – после секундного раздумья ответила Паскаль. – Но для того, чтобы я тебя заметила, тебе было достаточно просто раз посмотреть мне в глаза! – тут же добавила она.
Девушка пришла в себя и теперь довольно улыбалась. Она вдруг вспомнила свои утренние раздумья о том, что с удовольствием променяла бы победу в гонках на то, чтобы влюбиться. Неужели желания могут так быстро сбываться?
– Что же теперь будет? – спросила Дженни.
– Я надеюсь, что первым придет Дэниэл.
– Почему?
– Потому что Лорен будет на финише. Он с ума сойдет от счастья, если ему удаться победить в гонках у нее на глазах!
– Тогда я болею за него, – весело сказала Дженни.
– Что ж, – Паскаль легко спрыгнула на землю. – Нам надо выбираться отсюда. Пойдем, – с этими словами она протянула девушке руку. Та бережно взяла ее.
– Ты будешь заканчивать дистанцию? – Дженни осторожно посмотрела на Паскаль.
– Конечно, – уверенно кивнула та. А потом сняла с Дженни ее дурацкую ковбойскую шляпу, которая до этого скрывала от нее такое сокровище. – Смотри на меня, пожалуйста, вот так же, когда я буду пересекать финишную черту, чтобы я вспомнила, где мой приз.
Больше в гонках Паскаль с Дженни не участвовали.
© 17/05/2010
Путешествие домой
Всю свою жизнь Кейт занималась трудными подростками. После того, как ее младший брат умер от передозировки наркотиков в возрасте двенадцати лет, она посвятила себя этому делу. Потому что верила, если бы тогда она была рядом, ничего не случилось бы. Ее брат не был наркоманом. Это была обыкновенная ссора с родителями.
Итак, агентство Кейт было известно на всю страну. Она была лучшей. Ее секрет заключался в том, что она всегда принимала сторону подростков. Родителей, приводящих своих чад к ней в последней надежде на то, что те образумятся, интересовал только результат. А Кейт всегда хорошо скрывала свои чувства для того, чтобы те догадались, что же на самом деле думает о них женщина, считавшаяся непревзойденным профессионалом в вопросе перевоспитания трудных подростков.