Теперь расскажем немного о наших героях. Самую малость, просто чтобы иметь о них некоторое представление.
Питер Сэммерсон, как мы уже обмолвились выше, был физиком. Атомным физиком. Это придавало его облику изначальную интеллигентность. Не атомность, конечно, а профессиональные занятия наукой. Потому что все свои мысли, касающиеся даже поломки крана на кухне или приготовления яичницы на завтрак, он излагал мягко, но убедительно, словно очередную теорию. Что приводило женщин в восторг. И, конечно, все в Сан-Леоне считали его из-за этого очень умным. Не из-за того, что женщины по нему сходили с ума, конечно, а из-за его манеры говорить. Впрочем, он и вправду был очень умным. А еще очень красивым. Высокий широкоплечий брюнет. В очках, которые несколько смягчали блеск его светящихся умом и спокойствием голубых глаз. Короче, мечта любой женщины. Особенно, если упомянуть его доброе сердце. Он был мягок той мягкостью, которую очень ценят женщины, потому что она сочеталась с внутренним благородством и силой. На него всегда можно было положиться, он всегда был рядом, внимательный и надежный. А еще смешной, искренний, сугубо положительный…, ну, в общем, вы поняли.
Но все эти качества не помогли ему стать главным героем нашей истории, потому что у Питера Сэммерсона была сестра. Саманта или Сэм, как все звали ее в Сан-Леоне. Она была старше, может, поэтому все черты Питера проявились в ней ярче и интенсивнее. Начиная с того, что даже глаза у нее были не голубые, как у Пита, а синие. Умопомрачительные синие глаза. Вам требовалось немалое мужество, чтобы прямо смотреть в них. Такая же высокая, как брат, с длинными черными волосами. Прекрасно сложена. Странно было с такой внешностью не стать актрисой. Но у нее было нечто, важнее внешности. Если Пит был притягателен, то Саманта была неотразима. Она обладала харизмой, наполнявшей все ее существо, сквозившей в каждом движении, насмешливом взгляде, едва заметной улыбке. А уж если она улыбалась от всей души, то у вас мурашки бежали по спине от ощущения совершенной неземной сверхъестественной красоты этой женщины. Неудивительно, что в человеческих отношениях практически все ей было по плечу.
Теперь Изабель Богарт.
Наша вторая героиня, занимающаяся квантовой физикой. Вы удивлены? Первое слово, которое приходило на ум при взгляде на нее – это цельность. Она была абсолютно цельной личностью. Красива? О да! Ясные серо-зеленые глаза, с выражением некой наивности и одновременно чрезмерного знания об этом мире. Золотистые светлые волосы… Давайте, я опущу эту часть, мы все знаем, как она выглядит… Гораздо важнее другое. То, что Изабель скрывала в глубинах своей души. Она всегда была уверена в себе, как в существовании корпускулярно-волнового дуализма. Осознавала каждое свое слово и движение. Словно перед огромной аудиторией на одном из множества своих выступлений. В ее облике было очень мало произвольности, и все же… Изабель умудрялась сочетать все это с ощущением неуловимой детской невинности. Она оставалась совершенной загадкой. Как бы подробно и искренне она не отвечала на ваши вопросы и не разговаривала с вами, всегда оставалось что-то недосказанное. Само по себе. А делала она это именно так (то есть разговаривала открыто и искренне), потому что полагала это единственным способом достижения предельного взаимопонимания между собеседниками, до тех пор пока наука не изобретет встраиваемый в мозг рентген. А еще казалось, ей никто не нужен. Казалось, все вопросы своей жизни она решила и пришла к устраивающим ее ответам. И хотя вы не знали, что это за ответы, они казались вам преступно неверными. Но все же Изабель была в ладу сама с собой. Она всегда смотрела собеседнику прямо в глаза, (исключительно, чтобы как можно яснее донести свою мысль) не подозревая о том, что собеседник тонет в ее лучистом взгляде, не имея сил за этой самой мыслью следить.
И еще одно действующее лицо: дом Сэммерсонов.