Всю свою жизнь я безумно жалел о том, что не мог, подобно Мальдини или Бауэру, сказать в лицо врагу: «Мы несгибаемые. Расскажи это всем. Мы — несгибаемые».
Это была эпоха великих людей. Они не знали, кто такой Сцевола, — но были подобны ему. И, в отличие от него, они существовали на самом деле.
Байки
Бардовские байки
История про Алексея Нежевца, руководителя нашего КАП, маленькая такая. В 2004 году мы ехали в поезде с могилёвского фестиваля «Мартовский кот». Дорога была недлинная: всего одна ночь в плацкарте — и мы дома. Так получилось, что нам достались две «купешки» в разных вагонах. В одной поместились на нижних полках Лёша со своей девушкой, а в другой — я и ещё одна девушка-бард Оля. Часов до 10 мы с Олей трепались о разных аспектах авторской песни и жизни в целом, а затем появился Лёша. Он был несколько нетрезв, но вполне адекватен и, увидев, что мы пьём чай с вафлями, приобретёнными у проводницы, разразился следующим монологом.
— Что это вы пьёте чай с этой фигнёй? У меня бы спросили! У меня ж горы печенья, масса печенья, огромные сумки забиты печеньем! Вкусное, разное, куча печенья, любого! Я вам принесу, будете по-человечески чай пить! Тонны печенья, а они тут вафлями давятся.
Ну, мы порадовались, приятно, неси, Лёша, конечно. И в самом деле, Лёшино предложение было к месту. И он ушёл за горами печенья.
Дальше было, как в мультике: «Там много всего вкусного!»
Через 40 с лишним минут, когда мы уже благополучно засыпали, не дождавшись Манны Небесной, появился Лёша. Он принёс 3 (повторяю: три) печеньки «К чаю» в целлофановом пакетике. Он положил их на стол и разразился вторым монологом:
— Вот, угощайтесь, пожалуйста! Кушайте печенье, вкусное, для вас! А где ваш чай? Кушайте, чая возьмите ещё, кушайте печенье!
И сам подал пример, взяв одно из 3-х печений. Мы съели по одному, и тут Лёша завершил монолог сакраментальной фразой:
«Если вам не хватит, я вам ещё принесу! У меня там горы печенья!!!»
И ушёл. Больше мы его не видели.
Квартирник Алексея Ширяева aka Крыса. Все в восторге, Крыс, как всегда, публику берёт на «ура», и тут подходит к песне о пользе табака. А Крыс, надо сказать, выглядит и одевается очень характерно, будто в кино (собственно, он и в кино играет). И одним из главнейших его головных уборов является треуголка, чёрная, пиратская, как у Деппа в «Пиратах Карибского моря». Перед песней Крыс обращается к организатору концерта Мише, который стоит в дверях комнаты (набилось около 30 человек) и тоже слушает:
— Миша, принеси, пожалуйста, мою треуголку, она там, на крючке в прихожей.
Миша выходит. Его нет минуты две (прихожая смежная с комнатой, где проходит концерт, секунды три идти), затем раздаётся голос Миши:
— Тебе какую?
Глаза Крыса надо было видеть. В них читалась смесь изумления и иронии (выглядело дико). Он ошеломлённо спросил:
— А их чего, там НЕСКОЛЬКО?????
Ещё более порадовал ответ Миши.
— Нет, только твоя…
Немая сцена.
И снова про Алексея Нежевца. Он замечательный бард, композитор, аранжировщик и заодно руководитель нашего КАП. У него есть только одно отрицательное свойство: полная нетерпимость к алкоголю. То есть выпить он может, но уже сто грамм повергают его в совершенно невменяемое состояние.
Как-то выехали мы клубом во главе с Лёшей на гродненский фестиваль авторской песни «Зелёный Гран-При-2004». Лёша по приезду тут же вмял свою норму, потом ещё сверх нормы и пришёл в растительное состояние. Весь фестиваль его видели то валяющимся подобно бревну, то пытающимся опохмелиться и оттого ещё больше напивающимся. Но дело в том, что Лёша в 2003 году был лауреатом этого фестиваля. И выступить на сцене он был просто должен, иного не предполагалось. Кое-как его снарядили в путь: убедились, что он может самостоятельно передвигаться, повесили на шею гитару и с благословением отправили на сцену. Лёша вышел на сцену, осмотрелся и нетвёрдым шагом отправился к микрофону. Подойдя к последнему, он понял, что если он сейчас за что-либо не возьмётся, он грохнется со сцены вниз. Поэтому он уцепился левой рукой за микрофон, благодаря чему выстоял. Но петь и играть-то надо!!! А рука — занята!!! Одной рукой на гитаре много не наиграешь. И Лёша нашёл выход из положения: он решил произнести, как руководитель клуба и известный бард, вступительную речь. При каждой фразе он размахивал свободной рукой, и его заносило в ту сторону, куда он махал; слава Богу, до падения дело не дошло.