Его оглядывали со смехом и шутками. Входили все новые и новые гости, оставляя за собой на полу снег, падавший с сапог, и при каждом стуке двери на стене качались свиные пузыри. Выпивая у прилавка, люди трогали висевшие над ними темные колбасы и другие копченые изделия, и шедший от них соленый запах крови ударял в нос.
Петрек никогда не пил много в начале гулянки. Он боялся, что не сможет танцевать и над ним будут смеяться. Он выпивал позже — перед уходом. Все имеет свои границы. Но, когда на бочке стоит человек из щепок, разукрашенный золотыми бумажками, начинает казаться, что нет никаких границ и что все можно. Так что в тот день Петрек пил уже с самого прихода.
Девушек было еще немного, и они сердитым шепотом уговаривали друг друга не пить. Кто-то крикнул:
— Музыканты, эй! Что же вы? Пальцы у вас задеревенели, что ли? Почему не играете?
Музыканты затоптали окурки, пробрались сквозь толпу и стали осматривать свои инструменты.
При первых же звуках музыки захлопали двери, стали входить группами девушки, осыпанные снегом, запыхавшиеся.
— Вот холоду напустили!
— Снег идет?
— Снег. Да еще такой мокрый!
— Скорее, скорее! — торопили, увлекая их, парни.
Барабан долго рассекал воздух, как розги — кожу, но наконец, уловив общий ритм, влился в него. Бубны, скрипки, кларнет слились в одно целое, и раздалась старая песня «выкупа», которая поется на заговенье.
Парни, нагнув головы, как бычки, тянули за руки девушек, выделывая замысловатые прыжки. И каждый отбрасывал свою даму в объятия Щепана Посилка, который вел ее, притопывая, к чучелу на бочке.
Мелкие серебряные и медные монеты сыпались на пеструю тарелку из рук девушек. Это был «выкуп».
— Ой, дай еще! Ой, еще! — орали музыканты, подпрыгивая на местах.
И танцор удерживал девушку, держал ее крепко и, приплясывая перед тарелкой, поддразнивал свою подругу, уверяя, что если не даст хорошего «выкупа», то так и не выйдет замуж и сама будет виновата. Он донимал ее солеными шутками до тех пор, пока она в конце концов снова не бросала монету.
Петрек запел:
Всем очень понравилось его пение.
— Вот этот поет! Так и звенит! Дальше, Петрек, дальше!
Раздавались взрывы смеха и крики. Пол свистел под ногами танцующих, как дерево под зубьями пилы.
Петрек танцевал с Зузей Качмарковой. Такая она была молоденькая и маленькая, что он ни капельки не робел перед нею, требовал снова и снова, чтобы она клала «выкуп». Уверял, что она для него мало положила. Но, когда она хотела прибавить, он сам же не давал и отводил ее от тарелки. А она смеялась и говорила, что от него пахнет водкой.
— А ты не пила? Так выпей, выпей, девонька!
Они на минуту переставали танцевать и пили. Потом снова пили. Но пляска была еще уверенной и быстрой; танцевали с увлечением, крепко пристукивали, отбивая такт, и движения их были как удары кос, как взмах цепов, как свист кнута и повороты плуга.
Вот, наконец, и дом затанцевал вместе с ними. Окна мелькали, как молния, меняясь местами, кружась около стен, с грохотом разбиваясь о землю. Лампа светилась уже на плечах танцоров, а деревянный человечек взмыл вверх на своих бумажных лентах и кружился под самым потолком.
Потом все исчезли из глаз Петрека. Так и есть: ушли! Музыка прекратилась. Даже и дом отодвинулся куда-то.
Кто-то держал Петрека за шиворот, и холодные струи текли по его лицу. Но вот дом воротился, и снова окружили Петрека четыре стены. Все пришли, как будто из-под земли вынырнули. Музыка снова стала явственно слышна.
Петрек думал, что танцует, но он не танцевал, а сидел на лавке, и Зузя с ним. Зузя с ним.
Он спросил:
— Что это они?
Потому что музыка снова стала едва слышна, словно кто-то закрыл дверь. Одни басы гудели: ду-ду-ду.
Кто-то пробовал петь, но, не умея, только кричал. Другой подпевал музыке густым басом.
И так попеременно: то песня, то крик, то тишина.
Некоторые лежали на земле.
— Зачем лежат? Это — назло, чтобы танцевать негде было!
Пьяные музыканты шагали меж пьяных танцоров, пиликая у них над ухом, и путали мелодию.
У прилавка чуть не плакали:
— Да что ж это такое! Не дают человеку пить!
Но пить давали, и Петрек тоже продолжал пить. Стукаясь лбами, пьяные говорили: