Джутового мешка на голове пугала не было. Безглазый череп Джетро Сира раскачивался на вершине центральной палки. Рубашка и комбинезон тоже исчезли. И вся соломенная начинка.
На Палочнике не было ничего, кроме Дженнифер.
Её частей.
На нём были её руки и ноги, словно он оторвал их от её тела и насадил на себя.
На нём также был её торс.
Раздетый догола.
Центральная палка выходила сверху через обрубок шеи Дженнифер на несколько дюймов ниже черепа Сира. Снизу она проходила через её "киску". Прямо под ней ветка раздваивалась и спускалась к насаженным на неё ногам.
Это было зрелище, от которого можно блевануть. И решить, что ты сошёл с ума.
Мы с Джо оба завопили, как сумасшедшие, когда Палочник, шатаясь, направился к нам.
Я хотел бежать изо всех сил.
Вместо этого я вскочил и бросился на него. Он был не очень устойчивым, так как был вроде на ходулях. Я попытался ударить достаточно низко, чтобы не попасть в Дженнифер, а просто сбить его с ног. Но мои плечи врезались в её голени. Я схватил палки под обрубками её лодыжек и повалил Палочника на спину.
Затем поспешил прочь. Мы с Джо подняли Болтушку Сью и протиснулись боком через несколько кукурузных рядов, чтобы убраться подальше от Палочника. Джо взял её за плечи, я — за ноги и мы помчались обратно к дороге.
Мы не оглядывались, пока не добрались до машины.
Палочника нигде не было видно.
Мы посадили Болтушку Сью на заднее сиденье. Я сел рядом с ней, положил её голову себе на колени и прижал ладонь к ране, чтобы замедлить кровотечение, пока Джо вёз нас в отделение неотложной помощи при госпитале в Сакете.
Конечно, нам с Джо никто не поверил. Я не могу их винить. Я тоже не мог поверить в случившееся, а я видел всё собственными глазами.
Скорее всего, нас бы привлекли за убийство, но Болтушка Сью выкарабкалась. Она видела немного, но достаточно, чтобы убедить копов в том, что никто из нас не наносил ей ножевых ранений.
Поэтому они решили, что Дженнифер, должно быть, была убита незнакомцем.
Поиски ни к чему не привели. Обнаружили комбинезон и рубашку Палочника, его соломенную шляпу, джутовый мешок с нарисованным на нём лицом и разбросанные комки соломенной набивки. Нашлась и одежда Дженнифер. А также её руки и ноги. И голова. Больше ничего.
Всё это лежало на земле прямо там, где раньше стояло пугало. Однако никто не поверил нашему рассказу.
В окружных газетах появились статьи о "Мяснике с кукурузного поля". В них утверждалось, что он, должно быть, был серийным убийцей, проезжавшим мимо. Довольно скоро мы отказались от попыток убедить кого-либо в своей правоте. Не было смысла выставлять себя сумасшедшими.
Тем летом мы больше не ездили в кинотеатр для автомобилистов, даже после того, как Болтушка Сью поправилась. Туда просто невозможно добраться, не проехав сорокамильный участок дороги, проходивший через кукурузное поле семьи Гатри.
Поисковая группа не нашла Палочника, но мы знали, что он должен быть где-то там. С тем, что осталось от Дженнифер, висящим на нём и с черепом Джетро Сира, ухмыляющимся в лунном свете.
Перевод: Гена Крокодилов
Джойс
Richard Laymon. "Joyce", 1993
Барбара стрелой вылетела из спальни прямо в объятия Даррена. Он поймал её и прижал к себе.
— Что случилось? — спросил он. — Что такое?
— Там кто…кто-то под кроватью!
— Ой. Прости. Она тебя напугала? Это же Джойс!
— Джойс? — Барбара выбилась из рук Даррена и изумлённо посмотрела на него. — Но ты же говорил, что она умерла!
— Ну да, так и есть. Или ты думаешь, я бы женился на тебе, если бы у меня всё ещё была жена? Как я и говорил, аневризма сосудов головного мозга, три года назад…
— Но она у тебя под кроватью!
— Конечно. Пошли я тебя представлю.
Даррен взял Барбару за руку и повёл в спальню. Она нетвёрдой походкой пошла рядом. На полу возле кровати лежал её чемодан — единственный, что она брала с собой в медовый месяц и распаковала вещи этим вечером после душа с Дарреном. Даррен решил унести чемодан с глаз долой.
— Нельзя хранить багаж под кроватью, — пояснил он. — Вынесу его в гараж.
Барбара стояла, дрожа и задыхаясь в новом шёлковом кимоно, пытаясь удержаться на ногах, пока Даррен переносил её чемодан к двери. Он вернулся, присел на корточки и вытянул Джойс из-под кровати.
— Дорогая, знакомься, это — Джойс.
Джойс лежала неподвижной на ковре, уставившись широко раскрытыми глазами в потолок. Её губы растянулись в улыбке, выставляющей напоказ края её ровных белых зубов. Пучки каштановых волос спадали ей на лоб. Густые косы свисали с её головы, как яркое шёлковое знамя, что протянулось до её правого плеча. Ноги были прямыми, лишь немного расставленными в разные стороны. На ногах ничего не было.