Из одежды на ней было лишь неглиже, весьма откровенное, с узкими бретельками и глубоким вырезом. Оно было таким же коротким, как то, что Барбара надела для Даррена в первую брачную ночь и таким же прозрачным. Из-за того, что Даррен вытянул её из кровати, неглиже выкрутилось и обнажило правую грудь.
Улыбаясь Барбаре из-за плеча, Даррен спросил:
— Разве она не красавица?
Барбара лишилась чувств.
Очнулась она, лёжа в кровати. Даррен сидел рядом, на краю, его лицо выглядело обеспокоенным, а рука под кимоно нежно поглаживала её бедро.
— Ты в порядке? — спросил он.
Она повернула голову.
Джойс стояла возле кровати, в шести футах от неё, всё так же улыбаясь. Её ночнушка слегка колыхалась от ветерка из окна. Пусть её тонкая ткань ничего не скрывала, по крайней мере, теперь её подправили и грудь больше не выглядывала наружу.
Фигура у неё получше чем у меня, подумала Барбара.
Она красивее, чем…
Барбара хмуро посмотрела на Даррена. Она старалась сдержаться, но голос её прозвучал высоко и по-детски, когда она спросила:
— Что происходит?
Даррен пожал плечами. И провёл руками по её бедру.
— Нет причин расстраиваться. Правда.
— Нет причин расстраиваться? У тебя под кроватью чучело твоей мёртвой жены…ещё и в такой одежде!
Он нежно улыбнулся.
— О, это не чучело. Она лиофелизирована. Я нашёл место, где сушат мёртвых домашних животных и… Она прекрасно выглядит, правда?
— О Боже! — прошептала Барбара.
— А это — её любимая ночная рубашка. Я не вижу причин отнимать её, но если ты считаешь, что ей лучше носить что-нибудь поскромнее…
— Даррен. Она мертва.
— Ну конечно.
— Мертвецов хоронят. Или кремируют. Их…не держат дома.
— А почему бы и нет?
— Так просто не делается!
— Ну, если бы я не мог сохранить её такой красивой, думаю, были бы причины от неё избавиться. Но ты взгляни на неё.
Барбара решила не делать этого.
— Она такая же, как в день смерти. От неё не пахнет. В чём проблема?
— В чём проблема? Проблема?
— Не вижу никакой проблемы.
— Она была здесь…в твоём доме…всё это время?
— Естественно.
— Под кроватью?
— Ну только когда я ожидал, что ты придёшь. Я боялся, что тебе это не очень понравится, поэтому решил её спрятать.
— Под кроватью? Когда я была здесь? Все те ночи, что я провела здесь, она была…О Боже! Этот труп был здесь под кроватью, когда мы…
— Не просто труп. Моя жена.
— И поэтому ты считаешь это нормальным?
— Она была моей женой, дорогая. Что я должен был сделать, выкинуть её как старые туфли? Я любил её. Она любила меня. Почему мы должны были расставаться только из-за того, что её жизнь оборвалась? Без неё я был… был таким…таким одиноким. И взгляни на это с её точки зрения. Думаешь, ей бы понравилось, если б её закопали в землю? Или сожгли? Господи Боже, да кто бы пожелал себе такую судьбу? Вместо этого она здесь, в своём собственном доме, со своим мужем. Разве это не то, чего хотелось бы тебе самой? Правда? Я бы хотел этого. Я бы поступил так и с тобой, если бы, Господи прости, ты умерла раньше, чем я. Так мы всегда были бы вместе.
— Думаю, — пробормотала она, — так было бы лучше, чем… чем это всё.
— Несомненно.
— Но ты должен был сказать мне об этом.
— Я ждал подходящего момента. Прости, что тебе пришлось узнать об этом именно так. Она, наверное, повергла тебя в настоящий шок.
— Да, скажу я тебе.
— Но ты хорошо с этим справилась. Ты — умница, — с этими словами он распахнул её кимоно.
— Даррен! — она быстро прикрылась. И посмотрела на Джойс. По виду которой нельзя было сказать, что она подглядывает. Взгляд бывшей жены был устремлён не на Барбару, а на открытое окно над кроватью, вид которого, казалось, развлекал её.
— Ну же, — сказал Даррен. — Расслабься.
— Но Джойс…
— Она не может видеть, что мы делаем, она же мёртвая!
— Какая мне разница? Не перед ней. Ни за что.
— Ты ведёшь себя глупо.
— Глупо? Чёрт возьми!
— Тссс, тссс. Успокойся. Всё хорошо. Я о ней позабочусь. — Даррен низко наклонился, приподнял краешек кимоно, обнажив низ живота, нежно поцеловал её туда и перелез через кровать. Встав перед Джойс, он снял свою велюровую пижаму.