Она стояла спиной к камере. Нил наблюдал за ней, а не за человеком с хлопушкой.
— Снимаем, — объявил Хэл.
Она медленно подошла к гробу. Подняла крышку. Затем внезапно резко развернулась.
— Нет, нет, нет! — крикнул Хэл. — Стоп! Камера — стоп! Это всё неправильно! Ты должна была…
Она откинула вуаль с лица.
Нил почувствовал, что у него ослабли ноги.
Женщина в чёрном платье не была Линдой. Это была Элизабет!
— Вы не должны снимать этот фильм! — закричала она.
В тот же момент, но в другом месте, Линда открыла глаза. Она лежала на полу лицом вниз, менее чем в метре от неё находилась свернувшаяся в клубок гремучая змея.
Линда замерла. Она не смела дышать.
Гремучая змея выглядела огромной. Она плавно покачивала своей изогнутой головой и шевелила кончиком раздвоенного языка. От его вида у неё по коже поползли мурашки.
Элизабет! Элизабет сделала это.
Затем она подумала: если я не буду двигаться, может быть, змея не укусит.
Но Линда не могла лежать так вечно. Она отвернулась, ища глазами хоть какое-нибудь оружие. Проволочная вешалка, на которой висело её платье, лежала на полу в пределах досягаемости.
«Интересно, где же моё платье», подумала Линда. И тут она поняла. Элизабет, должно быть, взяла его. Должно быть, она надела его и пошла на съёмочную площадку. Что она задумала? Очередная смертельная ловушка!
Надо предупредить остальных.
Нил! О нет, только не это. Что, если она сейчас, переодевшись мной, подбирается к Нилу, чтобы убить его?
Линда снова посмотрела на вешалку. В качестве оружия не годится. Но кресло у туалетного столика было недалеко. Если она сможет добраться до него, то сможет использовать его для…
Медленно Линда встала на руки и колени, не сводя глаз с большой змеи. Шум змеиной погремушки нарастал в её ушах.
Она быстро, сама не осознавая как… вскочила на стул.
Змея бросилась к ней. Линда выбросила руку и сделала всё возможное, чтобы заблокировать её.
В свою очередь, на съёмочной площадке Нил удивлено смотрел на женщину в чёрном. Что она сделала с Линдой?
Он побежал в сторону гримёрной. Но в этот момент Хэл вскочил со стула. — Кто ты такая? — крикнул он женщине. — Убирайся из…
Не успел Хэл договорить, как по полу на колёсиках пронеслась огромная студийная камера. Хэл вовремя отпрыгнул в сторону, упав на свой режиссёрский стул. Большая камера врезалась в стойку освещения. Светильник упал и разбился об пол.
Затем шторы на стене за гробом взмыли в воздух. Они развевались высоко над сценой. Ткань сорвалась с карнизов и закружилёсь над людьми в студии.
Люди начали кричать и вопить. Некоторые в сложившейся неразберихе убегали. Другие стояли на месте и смотрели, как занавески кружатся вокруг большого светильника и опускаются на пол.
Другой занавес опустился на рабочего сцены, который осмелился подбежать к Элизабет. Полотно накрыло его и он упал на пол.
— Пожар! — крикнул кто-то ошалело.
Нил обернулся и увидел, как пылающий занавес закружился по павильону. Он начал подниматься с пола, раскидывая языки пламени и чёрный удушливый дым. Люди, находившиеся рядом с ним, как по команде разбежались.
Но Нил помчался к горящему занавесу. Он наступил на угол, чтобы удержать его. Другой ногой он пытался затушить пламя. И вдруг занавес закружился вокруг него, крепко обхватил его, оставив свободными только ноги. Со всей силой, на которую он был способен, Нил бросился к Элизабет, понимая, что это она управляет этой магией.
Дикий, возбуждённый взгляд на её лице сменился страхом, когда Нил бросился на неё. Он повалил её на спину. Её голова ударилась о гроб. Когда он упал на неё сверху, он почувствовал, что занавеска развернулась и оторвалась, дав ему возможность свободно двигаться. Он с трудом свалился с Элизабет на пол и покатился, пытаясь потушить горящую одежду. Его пиджак и брюки начали тлеть и теперь дымились, как потухшие свечи.
Затем он услышал громкий шум и почувствовал на спине холодный удар сжатого воздуха.
Хэл, стоя над ним, продолжал брызгать огнетушителем даже после того, как пламя погасло, а костюм стал влажным и искрился от пены.
Затем Хэл бросился к другому пламени. Он направил огнетушитель на горящее тело Элизабет. Только сейчас Нил заметил, что женщина не двигалась. Элизабет лежала и позволяла огню ласкать своё тело.
Режиссер старательно давил на клапан огнетушителя, но тот только фыркал остатками воздуха.
Хэл повернулся к Нилу. — Огнетушитель пуст, — сказал он. — Я… я опоздал.