— Она, должно быть, страшно напугана, — добавила Тереза.
— Я уж точно напуган, — сказал Клинт, — а мы ведь ещё даже не там.
Патрульная машина впереди них свернула с дороги и остановилась. Клинт на арендованной машине остановился позади неё. Они вышли.
С одной стороны дороги через плоскую равнину протянулось пшеничное поле. Тереза увидела вдалеке фермерский дом. Позади него был старый красный амбар и силосная башня, как гигантская пуля, направленная в небо. Серебряный купол силосной башни блестел в дневном свете.
С другой стороны дороги стоял низкий холм. Зелёная трава на нём была покрыта жёлтыми одуванчиками.
— Наверху, — сказал Хэнк, указывая на вершину холма. У него на плече висел моток толстой верёвки. Деннис стоял рядом с ним, рот плотно закрыт, руки засунуты в карманы джинсов.
Тереза обернулась, когда багажник арендованного автомобиля распахнулся. Клинт, переодевшийся в участке в джинсы, грубую шерстяную рубашку и сапоги, наклонился в багажник и достал чехол для винтовки. Малькольм достал небольшой чемоданчик. Клинт захлопнул багажник и закрыл его на замок.
Они взобрались на вершину холма.
— Это примерно в ярде перед тем камнем, — сказал Хэнк. — Просто идите прямо к камню и первое, что вы поймёте, это что вы окажетесь в кошмарном месте.
— Если разрыв всё ещё здесь, — сказал Малькольм.
Тереза и Клинт одновременно повернули головы, чтобы взглянуть на Малькольма.
— Что ты имеешь в виду, — спросил Клинт, — если он всё ещё здесь?
— Ну, его может и не быть. Я имею в виду, это вполне вероятно. Мы скоро это выясним, не так ли? — как будто это ответило на вопрос, он открыл свой чемоданчик и вынул кобуру в стиле вестерн, которую носил в Кэмп Кондор этим летом. Он пристегнул её вокруг своего клетчатого пиджака.
— Постой-ка, — сказал Клинт. — Ты хочешь сказать, что эти разрывы пропадают?
— Никто не знает, — сказал Малькольм. Он был занят пристёгиванием ремня кобуры к ноге. — Может быть, они перемещаются. Может быть, они заживают, как порез. А может, они остаются на месте.
— Но никто не знает? — сказала Тереза.
— Верно. — Малькольм попробовал быстро выхватить свой 45-й, закрутил его и засунул обратно в кобуру.
— Значит, разрыв может закрыться, пока мы будем на другой стороне, — сказала она.
— Это возможно, — признался он.
Тереза чуть не спросила, — Что тогда? — Но она не хотела услышать ответ Малькольма. Она знала, что случится. Они никогда не вернутся в свой мир. Она никогда больше не увидит родителей, никогда больше не будет обнимать Боба. Никакого больше сёрфинга, никакого кино под открытым небом, никакого телевидения или пиццы, или картофеля с соусом чили. Она смогла бы жить без сёрфинга, кино и других вещей, но она не сможет смириться с мыслью о потере людей, которых любила.
— Это всё меняет, — сказал Клинт. — Если этот разрыв закроет нас… — Он покачал головой. Тереза подумала о жене Клинта и его трёх маленьких детях. — Мы не пойдём, — сказал он.
— Я пойду, — сказала ему Тереза, встретив его обеспокоенный взгляд. — Я не могу оставить там Пэгги.
— Ты даже не знаешь её.
— Но, думаю, я знаю, что она переживает. Она отрезана от мужа, отрезана от всего, что знает или любит.
— Это может случиться и с нами, — объяснил Клинт, — если пойдём искать её.
— Может, — сказала Тереза. — Но может и не случиться.
— Если разрыв продержался так долго, — добавил Малькольм, — я думаю, мы можем считать, что он будет там ещё какое-то время. Хотя нам, наверное, стоит поторопиться.
— Ты хотел остаться внутри на несколько дней, — напомнил ему Клинт.
— Кажется, я передумал.
— Если мы собираемся сделать это, — сказал Клинт, — давайте сделаем. — Он снял свою наплечную кобуру. — Возьми это, — сказал он Терезе.
Он помог ей надеть её. В лесах, на задании о Снежном Человеке, ей не пришлось стрелять из оружия. Но может в этот раз…
Клинт вынул винтовку из кожаного чехла. Он поднял его.
— Все готовы? — спросил он, переводя взгляд с Малькольма на Терезу.
— Ага, — сказал Малькольм.
— Я готова, — сказала Тереза спокойным голосом. Странно, она уже больше так не боялась, как всего несколько минут назад. Её страхи, казалось, исчезли с пониманием того, что Пэгги Уэйн, должно быть, страдает. У неё было сильное желание вывести оттуда женщину. Обратно в реальный мир. Обратно к Деннису и к жизни, которую она знала.
— Эй, — сказал Деннис. — Удачи. — Сделав шаг вперёд, он пожал им руки. Его глаза были влажными. — И спасибо вам.