Если бы не она, не отсидел бы он пять лет в колонии за убийство. Когда очередная порция водки ошпарила мозги, он вместо своей новой подружки увидел Саенкову, и нож словно сам собой прыгнул в руку…
О, ну вроде пошли куда-то. Но, твари, вдвоем пошли. Этого еще не хватало.
Двигаясь за деревьями, он не выпускал женщин из виду.
…Они так и не расстались до самого дома - унылой пятиэтажной хрущобы. Вокруг ни единого человека, идеально, и только мелкая тетка всё ему испортила. Когда Саенкова нырнула в подъезд, он понял: не успеет. Две минуты, и она запрется в квартире. А даже если он ее прихватит на пороге, это уже не то, что надо. В чужой квартире наследишь так, что найдут завтра к вечеру. Ладно, значит тетку в расход первую. Ох, и не хочется здесь задерживаться, ну ничего. Нет такого слова "не хочу", есть слово "надо".
Женщина у подъезда вдруг оглянулась и пристально посмотрела на него, словно сказав одним взглядом: "Ну давай, иди за мной. Просто иди за мной".
Окей, тетка, как скажешь. Могу и за тобой сходить. А потом еще разок сюда заверну. Насколько он разобрался в распорядке дня этой ячейки общества, муженек целыми днями торчал в своем недоофисе на другом конце квартала, где продуктовый. Саенкова наверняка попозже выберется за пивом или за красненьким, любит она это дело. Ну а он уже тут к услугам. Хорошо что засек ее, когда в первый раз сюда приехали. Довольная такая, идет в наушниках, улыбается. А как бригаду увидела, чуть в обморок не грохнулась.
…В подъезде Анжела прижалась к стене и стала икать. Отчего-то ей было очень-очень страшно, хотя вещая Катерина была совсем не страшной и даже сказала, что из нее получится отличная жена. Что-то опасное, изощренное бродит рядом. И нет сил подняться на третий этаж и спрятаться в квартире.
***
Почти полтора часа двое накручивали километраж по кварталу. Они шли не вместе, но мужчина неотступно преследовал женщину. Изотов заключил, что она здешняя: ее не замечали, как не замечают примелькавшиеся лица. И одета, будто на пять минут в ларек выскочила. Зато все таращились на него. Постепенно энтузиазм Изотова убывал, а увечная короткая нога разболелась. На ходу Илюха изловчился проглотить капсулу нурофена, сжал зубы и заставил себя прибавить шагу, чтобы не отставать.
Вскоре он заподозрил, что тетка догадывается о его намерениях. Не догадывается даже, а наверняка знает. И затеяла какую-то обратку. Несколько раз она, остановившись, оборачивалась и смотрела ему прямо в глаза. Внезапно стало темнеть; Изотов сверился с часами - рановато, половина пятого всего. Помотал головой: тетка куда-то исчезла. Вот те нате. Фокусница. Куда она шмыгнула-то?
Да ясно, куда. В заросли. В сад. Здесь же всюду джунгли. Там лазейка, тропинка или что-то еще. Ну ничего, от него не скроется.
Илюха вытащил из кармана перчатку со свинцовыми накладками и натянул на руку. Сделал шаг в направлении зарослей и остановился. Теперь он понял, в чем была суть этого хождения: короткая правая нога не выдержала нагрузок и подвернулась. И еще он понял: тетка затащила его в какой-то полностью безлюдный закуток. Где ей никто не поможет (или е м у никто не поможет?!) Илюха выругался вслух, и тут из зарослей появилась громоздкая фигура.
Попятившись, Изотов рассматривал пришельца – это был огромный мужик, настоящий гигант, с широченными плечами. Но его манера двигаться настораживала: он словно старался не развалиться на ходу.
Как средневековая кукла с пружиной внутри. Мозгов у куклы нет, и мастер плохо подогнал детали, не закрепил шарниры и не доварил швы. Тяжкой поступью, гремя железом, кукла идет куда-то, слепая и бездушная. Но мощи в ней достаточно, и, может статься, она разыскивает своего создателя, чтобы заставить его доделать работу, как положено.
Не швы и шарниры, а синяя изолента!!!, разглядел Илюха. Он же весь на изоленте!
И кое-что уже отвалилось!...
Илюха Изотов хотел бежать, но бежать, естественно, не мог. Поэтому просто повернулся к кошмару спиной и заковылял прочь. Затем ему показалось, что внутри головы лопнул туго накаченный футбольный мяч, но это в череп вонзилось лезвие топора.
____
-5-