- Что ж вы сразу-то не сказали?!
- А какая разница, сразу или потом? Он без сознания, и к нему не пускают. Очнется - мне позвонят.
- Ясно. Еще такая тема. Где разведчика похоронили, показать можете?
Директор покосился на Аклевцова с подозрением.
- Вообще-то, так не делается. Это ведь криминал в чистейшем виде. По хорошему, даже мне не надо знать, где. Ну да ладно, тебе покажу. Пошли, тут рядом.
Двигаясь по аллее за Дерябиным, Олег сжимал в кармане заградительный амулет. Надо было оставить его на трупе и не трогать. Вот дурак.
***
С наслаждением отхлебнув холодного пива из бутылки, Олег обвел взглядом участников конференции. Таковые были представлены Коляном и Анжелой. Супруга Коляна Дарья в прихожей мерила все подряд тапочки, но пока ничего не выбрала.
- Итак, вопрос дня, - сказал Олег. Похмелье, не отпускавшее его с утра, включило заднюю. - Шляется ли у нас по кварталу какая-то нечисть? И если да, то что она собой представляет? И несет ли кто-то ответственность за ее появление, или она сама по себе?
- Это уже три вопроса, - посчитала Анжела, загибавшая пальцы.
Олег отпил еще холодного светлого. "Старый бузотер" не подводил при самых жестких отходняках. Продавался этот пивас только на Опольцево.
- Наша официальная позиция такая, - продолжил он. - Светлана Полякевич криво прочитала заклинание, воскресила не того усопшего, произошла кровавая бойня, Светка жестоко поплатилась. Это, разумеется, край краёв, но не такое днище, как эпос о Люберецком людоеде. Но, но…
- Куртка? - подсказал Колян, вручая жене бутылку пива. Даша уселась рядом с ним на диване.
- Да. Плащ-куртка Светки, которой не было на трупе, и ее не нашли на месте убийства. Зато ее умудрилась увидеть во сне некая Цуканова. Когда мы с Коляном отправились к насыпи, обстановка в приямке была почти как на фотографиях, но без куртки. Нож и посуда исчезли еще раньше, а вот за курткой кто-то вернулся. И сделал это между утренним фоторепортажем Анжелки и нашей с Вадимычем вылазкой…
- Маркизу надо привязать к батарее, - заявила Дарья. - Чтобы не шарахалась по пустырям. Ой, Маркиза, ты сегодня такая красивая, - с издевкой продолжала она. - Слушай, Анжелк, давай тебя в какой-нибудь гарем продадим? Хоть бабла чуток поднимем…
Колян несильно пихнул жену локтем.
- Так что, Аклевцов? - спросил он. - На пустыре творятся какие-то пляски, кто-то устроил полевую кухню, стащил Светкину куртку и завернул в нее… На кого думать будем? А, и я тут еще спросить хотел…
- Можешь не спрашивать, - перебил его Олег. - Я психанул, взял в арсенале взрывкомплект, собирался разыскать, где в овраге схоронили каннибала, и разнести там всё к хренам собачьим. Но тут звонит Цуканова, и такая говорит: его, мол, в овраге нету. Капец она вездесущая. Ну и вишенка на торте: согласно изысканиям Анжелы Евгеньевны, у Мясорубщика была родная мать - Ксения Коваленко…
- Да лан, Анжелк, ты чёт гонишь! - встряла Даша, как всегда не в кассу, зато искренне.
- Это не я, - открестилась Анжела. - Это Савияк с Карлычем, я только конспектик написала.
Следующие несколько минут Маховы препирались о чем-то своем.
- У нас еще трагедия, - оборвал их перепалку Олег. - Позавчера на Лосиной Роще рабочего топором рубанули. Черепно-мозговая, без шансов. Накануне он выражал желание переговорить со мной, я так понял - про убийство Светки. Но передумал или не успел.
- А кто же это? - спросил Колян.
- Царьков.
Анжела нахмурилась, припоминая.
- Это такой высокий, худой как палка, без левого глаза? - уточнила она.
- Да, - подтвердил Олег. - Что сталось с его глазом, никто не знает…
- Кажись, я знаю, - сообщила Дарья, грызя чипсы. - Ну чего вы уставились? Не такой уж это и секрет. В двухтысячном наша гопота что-то мутила на кладбище, посреди ночи. Был там и Жека Полякевич, и еще куча народу разного. А Василий их спалил. И ему врезали цепью от велика.
- Окей, гугл, - буркнул Олег. - Но вряд ли Василий собирался исповедоваться, кто ему глаз вынес.
- Да, вряд ли, - молвил Колян. - Но, что-то подсказывает, это был не самый большой его секрет. Он не обращался в милицию, никому не жаловался и хранил всё в тайне долгих двадцать лет. А если это не единственное, о чем он молчал?
- Кого мы можем спросить? - Олег посмотрел на Дарью. - Кто еще мог зажигать на ихней черной мессе, или что они устроили?
- Я подумаю, - пообещала Даша. - Так сходу и не вспомнишь.
Олег открыл новую бутылку.
- И четвертый вопрос. Какая сволочь донесла Старпому, о чем мы по пьяни базарили в "Сельпо", когда ходили за добавкой в конце апреля?