Дева тащила меня ниже и ниже.
Тащила за трусы.
Они спустились до колен, потом до лодыжек, потом слезли совсем.
Я был свободен.
И рванулся к поверхности. И вынырнул. И стал хватать ртом воздух. Толкаясь двумя руками вверх.
Повернувшись, я отыскал глазами Руди и Коди, стоявших рядом в лунном свете.
— Спасите! — заорал я. — Помогите! Это Дева!
— Я же тебе говорил! — отозвался Руди.
— Не повезло тебе! — крикнул Коди.
— Ребята, сделайте что-нибудь!
И они сделали. Подняли руки и помахали мне на прощание.
Пара рук из-под воды схватила меня за лодыжки. Я хотел вскрикнуть, но вместо этого сделал глубокий вдох. И тут же меня дёрнули вниз.
Вот оно! Она меня поймала! О Господи!
Я закрыл рукой гениталии.
В любую секунду её зубы…
Всплыли пузыри.
Я услышал бульканье, ощутил щекотку, когда они проплыли по моей коже.
Секунду я думал, что это газ выходит из разложившегося трупа Девы. Но она ведь мертва уже сорок лет, разложение должно уже закончиться давным-давно.
Мелькнула другая мысль: воздушные баллоны!
Акваланг!
Я перестал отбиваться, поджал колени, просунул руки между ногами, резко бросился вперёд и поймал что-то, что, кажется, было загубником. И рванул изо всей силы.
Наверное, она была на вдохе, когда я это сделал, потому что остальное оказалось очень легко. Она едва пыталась отбиваться.
Как мне показалось на ощупь, она была голой, если не считать маски, баллонов акваланга и пояса с грузами. И трупом она никак не была. Кожа была скользкой и прохладной, и были у неё чудесные сиськи с большими упругими сосками.
Я тут же как следует её двинул.
Потом вытащил её на берег сбоку острова, чтобы парни нас не видели. Оттуда перетащил на поляну, где она оставила фонарь.
И в свете фонаря я увидел, кто это.
Как уже и сам догадался.
Изобразив Эшли, чтобы меня заманить, Лоис, очевидно, по-быстрому надела акваланг и нырнула в озеро, чтобы изобразить Деву.
В свете фонаря вид у неё был что надо. Вся сияющая, белая и груди торчат между лямками. Маску она уже потеряла. Я снял с неё баллоны и пояс, и она осталась голой.
Она лежала на спине, кашляя, задыхаясь, корчась от спазмов и тело её дёргалось и ворочалось так, что смотреть было очень приятно.
Я ещё понаслаждался зрелищем, а потом приступил к делу. Это было лучше всего на свете.
Сначала у неё не хватало дыхания шуметь. Но очень скоро она у меня стала вопить.
Я знал, что эти вопли привлекут Коди и Руди на выручку, и потому стал колотить её наотмашь поясом с грузами. Он вломился ей в череп и покончил с ней.
Тогда я побежал к косе. Коди и Руди уже были в воде и быстро плыли к острову.
Я рассчитывал застать их врасплох и проломить головы, но знаете, что вышло? Меня избавили от хлопот. Они проплыли примерно полпути до острова и тут, один за другим, взвизгнули и исчезли под водой.
Я не мог этому поверить.
И сейчас ещё не верю.
Но они больше не всплыли.
Наверное, их поймала Дева.
Почему их, а не меня?
Может быть. Деве было меня жаль, потому что меня надули те, кого я считал друзьями. В конечном счёте, нас обоих предали люди, которым мы верили.
Кто знает? И вообще, у Коди и Руди могла случиться судорога, а Дева тут вообще ни при чём.
Как бы там ни было, а моя экскурсия на Затерянное Озеро обернулась куда лучше, чем я мог даже мечтать.
Лоис — это было колоссально.
Не удивительно, что люди так любят секс.
В общем, я утопил Лоис вместе с её снаряжением в озере, потом нашёл каноэ, на котором она приплыла и погрёб на берег. На "чероки" Коди проехал почти до самого дома.
Стёр с него отпечатки пальцев. Для верности его ещё и поджёг. И успел домой задолго до рассвета.
Перевод: Михаил Левин
Герман
Richard Laymon. "Herman", 1996
Шарлотте, которую все называли Чарли, было тринадцать лет и она была очень храброй девочкой, считавшей себя сорванцом. Она также считала себя исследовательницей неизведанных территорий, подростковым детективом и борцом с несправедливостью. Свой велосипед она считала жеребцом по кличке Спиди (Быстрый) и думала, что у неё есть невидимый друг по имени Герман, который повсюду сопровождает её и который, несмотря ни на что, убережёт её от беды.